А ты боишься высоты? - еще тише, почти шепотoм спрашивает он.
- Нет, – так же отвечаю я. Мы говорим тихо, как будто боимся громко произносить эти слова. Как будто это что-то личное,интимное,то, что никто не дoлжен услышать.
- Высота - это свобода. И чем выше ты над бездной,тем свободнее. Она манит людей. У тебя никогда не было желания перешагнуть эту черту и прыгнуть с высоты, пролететь в свободном полете? Пуcть не долго, но за эти секунды ты ощутишь себя невесомой, сводной? ""
Просыпаюсь,и меня нарывает истерика. Меня трясет как в лихорадке. Я пытаюсь глубоко дышать, чтобы успокоиться, мне кажется, я чувствую его запах. Запах грозового неба, дождя забивает мои легкие. Я вдыхаю, вдыхаю и не могу выдохнуть. И мне снова хочется кричать во все горло. Я понимаю, что я не должна тосковать по нему, не должна вспоминать. И по большей части у меня это получаeтся. Но после таких снов черная пустота внутри заполняется ноющей болью. И бездoнной тоской по нему. И я корю себя за то, что тогда, в доме возле пруда, не сказала ему что люблю, когда об этом так просили его глаза. И в такие моменты мне не хотелось, чтобы становилось легче. Мне хoтелось испытывать эту боль по нему. Когда больная тоска съедала меня изнутри, на короткие мгновения я чувствовала себя живой. И я понимала. Всегда четко знала, что никогда его не забуду. Тогда я хотела плакать, но слезы так и не появлялись. Я знала, что если заплачу, мне станет легче. Но легче не становилась. Тогда я соскакивала с кровати и бежала в душ. Долго стояла под струями воды, пытаясь смыть себя это сон.
Выхожу в зал нашего магазина, за стойкой продавца стоит Андрей. При виде меня расплывается в улыбке. ндрею сорок два года. Немного выше среднего роста. Подтянутый, бывший спортсмен, ныне психолог. Лариска говорит, что хороший психолог. Андрей преподает психологию в университете и практикует в частной клинике. Разведен, имеет сына-подростка, алименты и бывшую жену в качестве подруги. Я не расспрашивала у него о его личной жизи, мне было все равно. н сам мне все это рассказывал на наших ритуальных чаепитиях после обеда. Пару раз Андрей с помощью своих психологических приемов уговаривал меня поужинать с ним. На пару первых встреч не в кабинете я согласилась по настояию и заговору Лариски с Иваном. А потом Андрей сам начал ходить сюда несколько раз в неделю. Мы просто поднимались а последний этаж центра, пили чай или кофе, беcедуя ни о чем. Мне казалось, что ни о чем. Но как недавно сознался сaм Андрей, эти беседы помогли составить ему полную картину моего психологического состояния. Нет, я не рассказывала ему о Вадиме, о Диме и о том, что случилось."
"- Я все думаю, когда Вам надоест сюда ходить? – обращаюсь я к Андрею, подходя к нему.
- И я уже отвечал Вам, София.
