К тому же все эти старинные книги были написаны в таких малопонятных витиеватых выражениях, что приходилось по нескольку раз перечитывать предложение, чтобы сообразить, о чем же все-таки там шла речь.
А шрифты! Фигурные, витиеватые, с многочисленными зазубринами и загогулинами на буквах. И в каждой книге – свои собственные, уникальные загогулины, словно бы среди издателей проводился конкурс: кто напишет непонятнее всех. Так что от книги к книге мы двигались ну очень медленно.
И это еще можно было пережить. Самое ужасное, что ничего нужного мы найти так и не могли. Среди тысяч прочитанных слов не было ни одного об абсолютных артефактах или древних печатях.
Зато мы ознакомились с огромным количеством рецептов всевозможных зелий и ядов, со сборниками заклятий и философскими трактатами.
День клонился к вечеру, Рилан уже зажег свет.
Слуги принесли еще чая и несколько подносов с едой.
– Что-то мне кажется, у нас не очень получается… – со вздохом проговорила Филая, потерла покрасневшие глаза и снова принялась листать страницы.
– Впереди еще целый вечер и целый день завтра! – Рилан уж точно не желал сдаваться.
– Книг слишком много… Нам и десяти дней не хватит… К тому же мы ведь даже не можем быть уверены, что тут есть то, что нам нужно…
Я взяла тяжеленный том и потащила его на место, чтобы заменить другим.
Слушать перепалку Рилана и Филаи совсем не хотелось. Да и вообще ничего не хотелось, я устала. Глаза слезились, плечи болели… Казалось, библиотечная пыль плотно забила все внутри. Вот бы выйти на свежий воздух!
Размечтавшись, я споткнулась обо что-то, и оно со скрежетом проехалось по полу. Что там такое?
Я шустро поставила фолиант на полку и обернулась. Картина, густо покрытая пылью. Она не висела подобно другим на стенах библиотеки, а стояла на полу лицом к стене. Интересно, за что ее так… наказали?
Я осторожно развернула ее к себе и застыла на мгновение. На картине был изображен мужчина. Темные волосы, суровый взгляд, черный плащ.
А на плече… На его плече восседала ворона и смотрела серьезно и испытующе. И очень знакомо.
– Карла… – прошептала я. – Не может быть!
Впрочем, я тут же сама себя обругала: просто разыгралось воображение.
Вообще-то, вороны все одинаковые и их полно. С чего я взяла, что на старинном портрете именно моя ворона?
– Аллиона, что-то случилось? – раздался голос Рилана.
И я, торопливо повернув картину обратно, схватила очередной фолиант:
– Все в порядке, уже иду!
А в следующий момент тяжелая книга с грохотом упала на пол, а я вскрикнула.
Белый полупрозрачный силуэт проплыл перед моими глазами и исчез в стене. Призрак! Самый настоящий призрак! Мне показалось, что я даже рассмотрела взлохмаченные патлы и длинную бороду.
Рилан и Филая прибежали тут же.
