Говорит, что у него есть «лейка» и он с удовольствием снимал бы на нее, но фотографии получатся слишком профессиональные. Может, Клэрк ничего не заметит и не почует подвох, но мало ли? В конце концов, ТВ и кино составляют львиную долю его бизнеса.
— Ладно, поехали. Элис, широко не улыбайся, но легкая улыбка допустима. Помни, какой образ нам нужен: милый и целомудренный.
Она пытается сделать милое и целомудренное лицо, но ее тут же разбирает смех.
— Давай, посмейся, это нормально. А потом вспомни, пожалуйста, что на твои фоточки будет любоваться гнусный педофил.
Эти слова сразу приводят ее в чувство. Баки принимается за работу. Сколько было предсъемочной суеты, а сама съемка занимает от силы полчаса. Баки делает шестнадцать или восемнадцать портретов Элис в разной одежде (но всегда, даже в платье с открытыми плечами, — в невысоких кедах) и с хвостиком на макушке, потом еще дюжину с распущенными волосами, подобранными заколкой, и еще десяток с ободком. Когда фотосессия окончена, он распечатывает по три набора получившихся фотографий размером восемь на десять на цветном принтере, чтобы каждый мог внимательно их рассмотреть и выбрать полдюжины лучших. В какой-то момент Элис восклицает со смесью триумфа и потрясения:
— Бог мой, вот на этой мне почти четырнадцать!
— Пометь ее, — говорит Баки.
Закончив, они останавливаются на трех портретах, к которым Баки добавляет еще парочку и велит отправить эти пять Свину.
— Он уже поставлял старому хрену цыпочек и должен знать, клюнет Клэрк на такую или нет.
— Отправлю позже, — говорит Билли. — Когда мы выдвинемся в Нью-Йорк.
— А если Клэрк ее забракует?
— Все равно поедем. Я найду способ к нему подобраться.
— Мы найдем, — поправляет его Элис. — Больше я одна в мотеле не останусь, не мечтай.
Билли молчит. Думает, что примет решение, когда — и если — придет время. Потом вспоминает, что пережила Элис и что Клэрк творил с девочками даже младше ее, и осознает, что решать все-таки не ему.
8
Вечером он в последний раз звонит Нику.
— Ты по-прежнему должен мне миллион двести.
— Знаю, и ты все получишь. Наш друг перевел деньги. Ему сообщили, что тебя больше нет.
— Добавь к ним еще двести тысяч. Назовем это бонусом за дерьмо, в которое ты меня втянул. И отправь их Мардж.
— Матери Фрэнка? Ты серьезно?
— Да. Скажи, что это от меня. Пусть потратит их на лечение Фрэнка. Скажи, что мне пришлось так поступить, но я приношу извинения."
"— Сомневаюсь, что от твоих извинений будет какой-то прок. Мардж… — Он вздыхает. — Мардж есть Мардж.
— Еще можешь сказать, что в случившемся на самом деле виноват ты, а не я, хотя вряд ли ты так скажешь.
Несколько секунд царит тишина, потом Ник спрашивает, как поступить с остальными деньгами. Билли отвечает четко и по существу.
