Мардж упала в траву, а ее ноги в кедах остались лежать на дороге.

Элис с криком бросилась ко мне:

— Ты ранен? Билли, ты ранен?

— Нет. Она промахнулась. — И тут я ощутил боль в боку. Промахнулась, да не совсем.

— Кто это?!

— Злая тетка по имени Мардж.

Собственные слова меня насмешили: так мог бы называться артхаусный фильм из тех, что умные люди смотрят в артхаусных кинотеатрах. Я засмеялся, и бок заболел сильнее.

— Билли?

— Видимо, она догадалась, куда я поеду. Или Ник рассказал ей про мои планы… Хотя вряд ли. Думаю, она просто держала ушки на макушке, подавая Нику обед и ужин.

— Это та старуха, что огрела тебя совком, когда ты подъехал к служебным воротам?

— Да. Она самая.

— Она мертва? — Элис зажала руками рот. — Если она жива, умоляю, не убивай ее…

— Я не стану ее убивать, если она жива.

Ложь была простительная: я знал, что Мардж больше нет. Понял по тому, как дернулась ее голова.

Я ненадолго опустился на колени рядом с ней.

— Мертва. — Вставая, я поморщился. Не смог сдержаться.

— Ты же сказал, она промазала!

— В тот момент мне так показалось. Не переживай, это просто царапина.

— Я хочу посмотреть!

Я тоже хотел, но не сейчас.

— Сначала нам надо отсюда убраться. Пять выстрелов — это на четыре больше, чем надо. Забери мой глок, он под стойкой.

Пока Элис выполняла мою просьбу, я взял револьвер Мардж — смит-вессон — и вместо него вложил ей в руку зиг-зауэр, предварительно протерев его футболкой. Затем я протер баллончик, оставил на нем отпечатки ее пальцев и спрятал его в карман ее куртки. Когда я вставал во второй раз, боль немного усилилась. Не то чтобы она была ужасная, но я чувствовал, как моя козырная сутенерская рубашка пропитывается кровью. Ну вот, даже поносить не успел — сразу изгадил! Лучше бы зеленую выбрал.

— Готово, — сказал я. — Валим отсюда.

* * *Мы вернулись в Риверхед, по дороге заехав в «Уолгринс» за пластырями, марлей, перекисью и бетадиновой мазью. Элис пошла в аптеку, а я остался ждать в машине. Пока мы добирались до отеля, мое туловище и левая рука изрядно затекли. Мы вошли через боковую дверь, которую Элис открыла при помощи карточки. В номере она помогла мне снять куртку. Посмотрела на дыру в ней, затем на мою рубашку.

— Господи.

Я сказал ей, что выглядит это дело наверняка хуже, чем есть. Большая часть крови уже высохла.

Потом Элис помогла мне снять рубашку и снова помянула Господа, только голос ее звучал глухо, потому что она прикрыла рот ладонью.

— Это не царапина!

Ну да. Пуля вспорола плоть прямо над тазовой костью. Рана была глубиной примерно в полдюйма. Из нее сочилась свежая кровь.

— Быстро в ванную. Если не хочешь тут кровищей все перепачкать…

— Да она уже почти остановилась.

— Ага, конечно! Стоит пошевелиться, она снова течь начинает.