Направляясь по коридору к обеденному залу, она думала о Глине. Шла вовсе не из-за него, хотя застать земляного дракончика было легче всего именно там, причём в любое время. Почему у Беды не может быть собственных дел в обеденном зале, совсем-совсем никак не связанных с Глином? Тем не менее, когда она заглянула в зал, сердце её радостно подпрыгнуло.
«Веди себя нормально, – напомнила она себе. – Ну или хотя бы так, будто имеешь хоть слабое представление о том, что такое нормально».
Глин сидел у ручья, болтая со своим братом Торфом. Сопещерник Торфа, радужный дракончик Кокос, бездельничал на другом конце зала, расцвеченный в буровато-янтарные тона с оттенками мёда.
«Глин занят? Наверное, занят! Может, стоит…»
Он обернулся с улыбкой, и выскочить назад в коридор Беда уже не успела. Робко улыбнулась в ответ и застыла на месте, когда Глин встал и двинулся, прихрамывая, навстречу.
– Привет, Беда!
Она знала, что он вежлив и добр со всеми, но очень надеялась, что особая радость в его улыбке ей не чудится.
– Я пришла, чтобы узнать, не хочет ли кто поджарить свою еду, – одним духом выпалила она.
– Яблочный соус, что ли?
– А, вот как они называются? Тогда придумали не первые. Ну, пускай соус. Всё равно наш самый лучший!
– Скорее всего… Приготовь мне как-нибудь, ладно? – Дракончик обнял её крылом, и Беда едва удержалась, чтобы не вспыхнуть от удовольствия.
– Ты что тут делаешь? – спросила она и тут же спохватилась: – То есть я не то… ты, конечно, можешь быть, где хочешь, и это совершенно случайное совпадение, что ты здесь, и я тоже оказалась – просто дикое совпадение!"
"– Вот, с Торфом беседую, – показал он на брата.
– Похоже, – кивнула Беда. – То есть я не слишком-то разбираюсь в этих, как их… эмоциях? У других драконов, в смысле. Но когда так улыбаются… мне кажется, да, доволен.
– Кокос помог, для Торфа он идеальный сопещерник. Всем бы здесь так сойтись характерами.
– А мне нравится тот небесный, которого королева Рубин прислала вместо Жара.
– Надеюсь, Жар скоро успокоится, – покачал головой Глин.
Злобный небесный принял серьгу с неохотой, предпочтя всё же свободу исцелению от ужасного шрама на морде. Однако оставаться в академии после покушения на убийство Камнероя он не мог, да и сам не хотел, и королева Рубин забрала его и отправила помогать целителям. Беда даже радовалась, что одним ворчуном на Яшмовой горе станет меньше.
