— Больше похоже на показательную казнь. И предостережение. Мол, это наша территория, даже не смейте на неё лезть, — кивнул я, отходя чуть в сторонку. От кучи несло кровью и каким-то кислым смрадом. Оторванные конечности были заляпаны какой-то странной тёмной слизью. Хотя, может быть, это просто кровь перемешалась с водой, периодически капавшей с потолка?
— Обрати внимание вот ещё на что, — девушка указала на разводы, из которых состояли буквы, — Это писалось рукой. Человеческой рукой. Кто-то макал три пальца в свежую кровь и рисовал на стене свои… — она снова прикрыла рот ладонью и отвернулась, с трудом сдерживая рвотный позыв.
— Художества, — закончил за неё я, — Ладно. Давай подведём итог и будем убираться отсюда. А то меня тоже слегка мутит уже от этого мясокомбината. Человек и какая-то непонятная тварь, которую он контролирует, наткнулись на шахтёров, отколовшихся от основной группы. Учинили над ними показательную расправу, обставив всё так, чтобы у остальных не было ни малейшего желания лезть дальше в подземелье. Кроме того, он обшарил их карманы и вытащил из них всё, что можно сожрать. Похоже, он давно уже таскается по этому подземелью и с припасами у него не очень. Непонятными остаются три момента. Что за тварь может рвать людей на части, куда подевалась остальная группа, и почему кровь до сих пор свежая, если бригада пропала неделю назад.
— Думаешь тут не все? — поинтересовалась девушка, отходя подальше от трупов.
— Четыре человека. Ну, от силы пять. По головам не пересчитывал, — мрачно ухмыльнулся я и последовал за ней. Оставаться рядом с местом расправы не было никакого желания, — Однако командир подземного дозора говорил, что пропали дюжина рабочих и двое бойцов охраны. Тут явно меньше.
— А что насчёт временной аномалии? — встревоженно бросила Айлин, — Мы уже сталкивались с подобным, помнишь. Если тут прошла всего пара часов, а на поверхности — неделя…
— То выбраться из этой жопы мы можем и через год, — подытожил я, — Ладно, двигаем дальше. А то мне это место нравится всё меньше и меньше. В какой коридор?
— Левый, — тут же безапелляционно отрезала девушка.
— Почему?
— Интуиция, — пожала плечами она.
Моя интуиция в этот раз молчала, так что я спорить не стал. Оставив позади комнату с трупами, мы двинулись дальше. На этот раз коридор был уже и извилистее. Без боковых ответвлений, проходов, уводящих вглубь этого бесконечного лабиринта и закутков, в которых могла прятаться какая-нибудь тварь. Единственные отверстия, которые были вырезаны в удивительно гладком камне — небольшие круглые стоки, по дну которых бежали тонкие ручейки воды. Они же выполняли роль вентиляционных шахт.
Идти пришлось недолго. Вскоре коридор упёрся толстую, дубовую дверь, окованную железом.
