Живым остался только Антон, который так и не мог понять, каким образом ему удалось уцелеть.
Послышался гул еще одной вертушки. Двое разведчиков бросились к поляне, которую выбрали для встречи. Зашипели и поползли по земле клубы оранжевого дыма, обозначая ее границы.
Вместе со следственной бригадой прилетел и Родимов. Федор Павлович возглавлял отдел планирования и проведения специальных операций и являлся непосредственным начальником Филиппова и его группы. Это был невысокого роста щуплый генерал с острым носом и абсолютно седыми волосами. Своими манерами поведения и характером Федор Павлович напоминал полководца Суворова.
– Завьялов? – В серых, водянистых глазах вопрос и горечь.
– Да, – Антон кивнул.
– Как все произошло?
– Не помню, – откровенно признался Антон.
– Ясно. – Родимов задумался, глядя, как несколько солдат в брезентовых куртках пытаются остудить остов огнетушителями, чтобы пройти внутрь.
– Что старик? – генерал сменил тему так неожиданно, что погруженный в свои мысли Антон не сразу понял, о чем речь.
– Какой? – оживился он, избавляясь от посторонних мыслей.
С утра Антон Филиппов и Игорь Завьялов летали в один из горных аулов, чтобы побеседовать с Азатом Тамаевым. Антон вошел в сложенный из камня и саманного кирпича дом один. Почти столетний старик долго глядел на рослого светловолосого офицера с серыми глазами и волевым подбородком, потом, брезгливо плюнув под ноги, ошарашил:
– Русский убил мой брат. Все вы есть мои кровники. Уходи.
Все, что требовалось от старика, это просмотреть пару десятков снимков и определить, есть ли на них его внук Саламбек.
– У Вахида дела получше. – Генерал сорвал стебелек молодой травинки и сунул его в рот. – Они работали с Шамилем в Урус-Мартане. Там нашлись люди, которые опознали одного из своих односельчан.
– Осталось отправить подтверждение? – то ли спросил, то ли констатировал Антон, с тоскою глядя на остов вертолета. – Дороговато обошлась нам рядовая командировка.
– А так всегда, – грустно вздохнул Федор Павлович. – Чем легче задача, тем серьезней потери.
Солнце клонилось к горизонту, становясь багряным.









