– Ну ладно, хорошо, прости дурака. Ну, нервы сдали.
Потом певец вскочил, выдернул из коробки, которая стояла на столе, пару салфеток, принялся вытирать ими лицо супруги и бубнить:
– Успокойся. Эка невидаль – девчонка в дурь впала! И не с таким справлялись. – Затем певец повернулся к Дегтяреву. – Понесло меня. Прошу прощения, не сдержался.
– Бывает, – усмехнулся полковник, – сам грешен.
– А я один раз в припадке злобы выкинул со второго этажа дома ноутбук, – хихикнул Кузя.
– Прошу обратить внимание! – воскликнул Сеня. – Гаджет скрючился от старости, не работал, чинить его никто не брался.
– Ладно, – вздохнул Максим. – В туалет можно?
– Конечно, – кивнула я. – Он за вешалкой слева.
– Ступай в машину, – велел наш клиент жене. – Сбегаю в сортир и поедем домой.
Олеся вскочила и убежала, забыв попрощаться. Муж проводил ее взглядом.
– Ваша супруга пошла на парковку, – сказал Кузя, глядя в окно, – можете спокойно говорить.
– Вы умеете читать мысли или у меня на морде все большими буквами написано? – усмехнулся певец.
– И то, и другое, – не дрогнул Кузьмин.
– Люблю свою жену, – начал певец, – другой не надо. Первый год брака притирались к друг другу. Сейчас даже говорить ничего не надо, без слов друг друга понимаем. Найдите ее сестру. У меня много разных связей. Это дерьмо посмело настроить глупого подростка против родителей – мало Алевтине не покажется. Выкину ее не только из Москвы, но и вообще из России. Пусть сидит на помойке в любой другой стране. Поговорите с родственницей Олеси, припугните, не знаю что сделаете, но она должна исчезнуть из нашей жизни.
Глава тридцать четвертая
Через день, когда я утром спустилась к завтраку, в столовой обнаружились Гарик, Светлана и Гриша. Вот уж кого мне не хотелось видеть!
Понятно, что соревнования по бегу в мешках, которые, по мнению организаторов, должны превратиться в масштабный проект, приносящий миллиарды дохода, никогда не оправдают возложенных на них надежд. Но не стоит отговаривать компанию от совершения сочных глупостей.
