Знает ли она вообще язык? Я осторожно протянул руку к её ноге:
— Можно?
Она снова, казалось, не поняла ни слова из того, что я ей говорил, но на этот раз не стала дергаться, а прикрыла глаза, когда я осторожно прикоснулся к её ноге. Кожа у зайки была тёплой, удивительно нежной и невероятно мягкой на ощупь. Это прикосновение вызвало во мне волну неожиданных эмоций, и я с трудом подавил жгучее желание провести руками по её стройной ножке, затем подняться выше, поглаживая мускулистые бёдра, пока мои пальцы не встретятся с её маленькой и такой притягательной киской…
Так, стоп! Нужно сосредоточиться. Начал осторожно прощупывать её лодыжку.
— Больно?
На первый взгляд на ноге девушки не было заметно никаких признаков отёка, синяков или других очевидных травм, но когда мои пальцы осторожно коснулись определённого места, она резко вздрогнула и тихонько вскрикнула от боли. Это, а также тот факт, что она, судя по всему, не могла пошевелить ногой, заставило меня предположить, что у неё может быть трещина или даже перелом, ну или просто серьёзное растяжение связок, с такими травмами отёк может появиться не сразу.
Ну так мне кажется… Хотя я не врач, а всего лишь бывший работник склада, у которого было несколько лекций по первой помощи и несколько просмотренных сериалов про медиков. Но одно дело фильмы и скучная теория, и совсем другое реальная жизни, когда кроме тебя помочь некому, что-там нужно делать при переломах…
Я решил наложить шину и зафиксировать ногу девушке. Если это действительно перелом, то лучше шины сложно что-то придумать. Быстро отыскал две ровные гладкие палки и, используя запасную тетиву для лука, я принялся за работу.
Я продолжал тихо и монотонно говорить какие-то глупости, стараясь успокоить зайку и отвлечь её от неприятных мыслей. Мой голос был ровным и мягким, и я надеялся, что это поможет ей почувствовать себя лучше. Лишь однажды, взглянув на её лицо, с удивлением заметил, что выражение его изменилось: страха больше не было, но что-то всё равно было не так. Мне показалось, что в её взгляде промелькнули разочарование и грусть, которые заставили меня задуматься о том, что действительно её тревожит.
Я уже почти закончил накладывать шину, когда девочка-кролик опустила вторую ногу и отставила её в сторону, как бы садясь в более удобное положение. В результате её малые губки приоткрылись, и из под нежных складок кожи выглянул нежный розовый клитор и заметно влажные стенки притягательного любовного туннеля под ним.
Вздрогнув, я отвёл глаза и снова посмотрев в лицо девушки-зайки. Сейчас это была единственная возможность не сорваться и удержать себя в руках.
