Борьба с терроризмом вышла на первый план и в международной политике России.
После 11 сентября 2001 г. Соединенные Штаты активизировали свою политику на постсоветском пространстве. В Центральной Азии появились американские войска и базы. С началом иракской кампании открыто обозначилось стремление США включить в зону своей ответственности экономически и стратегически важный черноморско-каспийский регион. Произошли на постсоветском пространстве и другие значимые геополитические изменения: расширение весной 2004 г. НАТО на Восток и его приближение к западным границам России; начало строительства основного экспортного трубопровода (Актау — Баку — Тбилиси — Джейхан) в обход России. Произошедшие изменения создали серьезную конкуренцию экономическим и политическим интересам России, а значит, и её притязаниям на особую роль державы, ответственной за поддержание региональной безопасности в бывшем СССР. «Цветные революции» в Грузии, Украине, Киргизии вновь сделали актуальной проблему СНГ.
Реагируя на вновь возникшие обстоятельства, Россия попыталась в 2003–2004 гг. выстраивать со своими соседями по СНГ новую модель взаимоотношений, в том числе и в конфликтных зонах Юга — Центральной Азии и Закавказье. Знаковыми событиями явились попытки России активизировать переговоры по разграничению дна Каспийского моря, углубить экономическое сотрудничество в рамках Единого экономического пространства в составе России, Беларуси, Украины и Казахстана.
Россия прилагала большие усилия, чтобы снизить уровень межнациональной напряженности, существующий в СНГ, помочь своим южным соседям погасить давние очаги напряженности на Кавказе и в Молдавии.
Какими бы тяжелыми ни оказались последствия рыночных реформ, в целом события начала XXI в. свидетельствуют, что период бурных перемен в России завершен. И власть, и российское общество пришли к пониманию того, что копившиеся десятилетиями проблемы требуют не революционного натиска, а ежедневного упорного труда, выдержки и воли.
КОНЕЦ"
