Считает это неправильным. А я не могу переубедить это глупое сердце, которое до сих пор ждет чего-то. Надеется. Чего оно ждет? Чего хочет? Неужто думает, что ты, Сашка, до сих пор ему почему-то нужна?

Была бы нужна — он давно бы приехал. Да он бы горы свернул ради того, кто ему действительно нужен. Вымаливал бы прощение всеми возможными способами. Но тогда, пять лет назад, он с легкостью тебя отпустил. И, не считая ежемесячных подачек в виде перевода на карту, больше знать о себе не давал. А деньги… — способ грех замолить.

Все эти мысли проносятся в моей голове за долю секунды.

Потому что в следующую — посетитель моего шефа оборачивается, и бросает на меня взгляд через плечо.

Руки слабеют. Пальцы, держащие поднос, размыкаются. И все это великолепие с грохотом падает на пол.

Он.

Это он.

Мой Руслан.

Мой? — Я мысленно смеюсь над собой. Давно уже нет! Он не мой! Сейчас он наверняка принадлежит какой-нибудь Томочке, Танечке, Зиночке — мало ли у него этих грелок?

Но что он делает… Тут?

Я хлопаю глазами, не в силах оторвать взгляд от бывшего мужа. А он тут же поднимается на ноги.

Тоже шокирован. Это заметно. По тому, как пошли бледными пятнами скулы. Как сильные пальцы впились в подлокотники кресла, с которого он только что встал. И… по темноте его глаз. Эти коньячные омуты тут же вспыхнули всеми оттенками померкнувших чувств.

— Саша… — Выдохнул муж.

Бывший! Мой бывший муж! С которым я не виделась пять долгих лет! И от которого… О-господи-боже… От которого у меня тайная дочь.

Я часто дышу, потому что сознание в панике. Лихорадочно мечется, перебирая в голове миллионы вопросов.

Что он делает здесь? Приехал ко мне? Узнал про нашу дочь? Он ведь не… Не отберет ее у меня?"

"Но я тут же отмахиваюсь от всех этих мыслей, потому что Руслан тоже выглядит потрясенным, и я убеждаюсь — он не ждал этой встречи. Тоже к ней не был готов.

Мои ноги, действуя в обход головы, сначала делают маленький шажочек назад в попытке сбежать. А потом я все же беру себя в руки.

— Руслан, — медленно киваю ему, — здравствуй.

— Здравствуй, — повторяет за мной глухим эхом.

Мое лицо почти осязаемо ощупывает его цепкий взгляд — глаза, брови. Затем нос, губы и скулы. Спускается на волосы, шею. Оглядывает строгую футболку с воротничком, и классические черные брючки со стрелкой.

Я ощущаю себя под этим взглядом маленькой, слабой. И будто прикованной к полу.

И, чтобы разорвать наконец контакт наших глаз, я падаю на колени, и судорожно принимаюсь собирать осколки разбитой посуды.

— А что здесь вообще происходит? — разрезает воздух голос Ивана Сергеевича. Вот черт, я вообще забыла, что он тоже находится в кабинете, и все это время следил за нашей встречей, как за представлением.

— Иван Сергеевич, извините, — лепечу я в ответ.