Фима смотрит на меня все еще злая, но теперь к эмоциям, выражающимся на ее лице, примешивается еще и тревога. Словно она считает, что я вот-вот сообщу о том, что решил снова сойтись с Ксюшей.
– Не хочешь спросить, что я почувствовал, когда услышал все это? – спрашиваю у нее.
– Искушение, – уверенная в своей правоте, отвечает она. – Может быть, сожаление и боль. Я сама через это проходила с Леней, Паш. Но эти чувства не вечны, со временем все проходит."
"– Ты права, эти чувства не вечны, – усмехаюсь я. – Услышав это, я подумал, что Ксюша насмотрелась мелодрам. А я ведь раньше никогда не думал о ней с цинизмом. Меня умиляли все ее девчачьи штучки и я находил оправдание любому ее косяку, потому что был ослеплен своей любовью. Очевидно, что теперь это все ничего не значит, потому что мне абсолютно плевать на то, что она собирается замуж за какого-то беднягу. На самом деле, я злюсь на себя и не понимаю, как мог быть таким ослом, чтобы не видеть насквозь ее фальшь и влюбиться в нее. Ничто не убивает чувства так быстро, как разочарование в человеке, Серафима. Мне очень неприятно осознавать, что ты во мне разочаруешься, если ты уже думаешь обо мне, как о ком-то, кто способен затащить дорогого для себя человека в постель только, чтобы забыться. Да что там это, мне в принципе неприятно, что ты думаешь обо мне, как о таком слабаке и эгоисте. Думаешь, я не размышлял о последствиях? Не уговаривал себя не смотреть на тебя, не прикасаться? Я не буду лгать, что знаю, как объяснить это влечение, но игнорировать его сложнее с каждым днем, потому что мы стали слишком близки после рождения Никиты. И как бы я не хотел тебя, я знаю, что ничего бы не случилось, не будь это влечение обоюдным.
– Я не смогу относиться к тебе, как раньше, когда оно пройдет, – упрямо твердит она свое. – Просто это не мой формат отношений. Не с тобой уж точно, потому что ты не исчезнешь из моей жизни после ни к чему не обязывающего секса. Поэтому, лучше даже не начинать. Будем считать, что сегодня мы просто поддались моменту, но повторять это не стоит, Паш.
Серафима закусила удила. Что ж, я знаю, что бесполезно ее переубеждать в таком состоянии. Но я также уверен, что это все равно повторится, потому что одного раза нам обоим не хватило. Еще посмотрим, к чему нас приведет будущее, ну а пока, пусть успокоится. Когда я решаю, что не могу обойтись без определенной вещи, я делаю все, чтобы ее получить. Фима не вещь, но сейчас она одна из моих потребностей, которую я до боли хочу удовлетворить. И я не успокоюсь, пока не добьюсь желаемого.
– Ладно, – говорю как можно спокойнее, хотя внутри весь киплю. – Я соглашусь с тем, чтобы забыть о произошедшем, раз ты не хочешь в это ввязываться, Фима. Но просто для ясности: я действительно хотел именно тебя, а не абстрактное женское тело.
