– Если уж мне обязательно составлять тебе компанию, может, у тебя найдется что-то еще?
– Нет, ничего больше нет, – с сожалением вздыхаю я, забирая у него бутылку и снова наполняя наши кружки. – А ты думал, я держу в доме алкоголь? Не-а, я не любитель выпить, хотя наши последние встречи и говорят об обратном. Я же за ЗОЖ, это просто Леня меня довел, но я уже решила, что с меня хватит. Сегодня последний день, когда я плачу или напиваюсь из-за него. К черту этого извращенца, который обвиняя меня чуть ли не во фригидности, сам даже особо не старался. Я найду себе парня в сто раз лучше него, у нас будет классный секс и он точно не будет мне изменять, потому что я больше не свяжусь с каким-то придурком!
– Хороший план, – одобряет Паша, чокаясь со мной. – Предлагаю обсудить его на твоем шикарном диване, пока я еще контролирую свои ноги.
Я соглашаюсь и, забрав с собой бутылку, мы перемещаемся в гостиную, где удобно устраиваемся на моем большом диване, оставляя кружки на кухне и продолжая небольшими глотками приканчивать ликер прямо из горлышка, пока я рассказываю Паше, как найду своего идеального парня, а он делится со мной, как добьется неприступной Ксюши.
К сожалению, мой оптимизм длится недолго, потому что сомнения снова закрадываются в не совсем трезвую голову и, я опять начинаю вспоминать ужасные слова Лени.
– А что, если мой идеальный парень тоже посчитает меня бревном? – с отчаянием смотрю на Пашу. – Вдруг, я действительно ужасна в постели?
– Быть такого не может! Ты же Фима! – уверенно говорит он, словно это все объясняет.
– И что это значит? – с раздражением уточняю я. – Я Фима. Дальше-то что?
– А ничего! Ты Фима. Ты хороша во всем. Значит, и в постели хороша на все сто.
– Ну да, ты так говоришь только, чтобы утешить меня. Человек не может быть хорош во всем. Я, наверное, и правда ужасна. Полный ноль. Бревно!
– Дура ты! – сердито заявляет Паша, обхватывая пальцами мой подбородок и заставляя посмотреть себе в глаза. – Не беси меня, Серафима, ты мне веришь или какому-то мудаку?
– Этот мудак знает наверняка, а ты только предполагаешь! – начинаю заводиться я. – Так что сам дурак!
– Вот сейчас и проверим, кто из нас прав, – с вызовом говорит Паша и прижимается губами к моим губам, второй раз в жизни посылая к черту все правила дружбы и личные границы, установленные мною давным-давно.
***
Однажды, когда мы были еще подростками-школьниками, Паша поцеловал меня в пылу ссоры. Мы оба тогда дико смутились и он оправдал свой порыв тем, что сделал это инстинктивно, желая меня заткнуть. Я приняла такое объяснение и, мы больше никогда не возвращались к этой теме, но сейчас, Паша снова целует меня, и, я не могу не вспомнить тот день, размышляя, а было ли и тогда так классно целоваться со своим лучшим другом.
