Сначала в самолёте, потом в тачке. До этого – неделя в режиме нон-стоп. И организм, видимо, берёт своё.
– Долго ещё нам пилить?
– Час до Артыбаша, ещё вдоль озера до базы часа полтора.
– Как, говоришь, база её называется?
– «Кеч Бозого»[1].
– Звучит не очень. Что она за человек? Ты погуглил?
– Я думал, ты знаешь.
– Да откуда?
– А откуда ты вообще про неё знаешь?
– Отец, когда умирал, сказал... что она на короткой ноге со смертью. И умеет с ней договариваться. А я хочу отсрочить свою и понять, что происходит, и кто за этим стоит.
– И что, Серый, веришь во всю эту магию?
– Не очень.
– Может, лучше свалить тебе пока?
– Куда? Шарик – форма конечная. В любом цивилизованном месте найдут, если захотят. А в таком вот «лоне мира» я жить не готов.
Достаю планшет, интернет, и правда, не подсказывает ничего о нашей Марине Богдановне. А вот о Маре с Телецкого есть пара ссылок на какие-то закрытые группы и сайты. Пытаюсь зарегистрироваться, добавиться… Но мгновенного одобрения админами не случается.
– Артыбаш! – комментирует Вадик, и я отрываю взгляд от планшета.
Туман рассеялся, и уже спускающееся солнце, выглянувшее из-за туч, режет глаза. Надеваю очки. Перед нами достаточно свежо выглядящее село, раскинувшееся по двум берегам Бии. Много хороших домов и коттеджей. Не бедствует местное население. Хоть и в… лоне мира! Дальше – не вызывающий уныния современный мост.
– «Кеч Бозого» – вдоль реки, уже на самом Телецком. Едем?
– Приличные забегаловки здесь есть?
– Наверняка! Туристическое место.
– Давай поедим где-нибудь. Мяса хочу."
"Шашлычок на берегу Бии из отличного мяса. Не хуже, чем в самом лучшем московском ресторане. И я беру себе ещё одну порцию, прямо на шампуре.
– Не дожаривай, я люблю с кровью.
За мангалом местный, пожилой... Похож на монгола.
Шашлычник протягивает мне шампур.
– Слушай, отец, дама есть тут у вас одна. Мара…
На секунду его руки, равномерно вращающие шампуры, застывают. Но уже в следующее мгновение он продолжает свою работу.
– Не слышал.
– Марина Богдановна Ярцева. Так, может?
Он неопределённо пожимает плечами.
Достаю купюру.
– Это память не освежит?
Искоса посматривает на купюру. Складываю её компактнее и кладу ему в нагрудный карман.
– Ну?
– Не Марина она. Марена.
– Ага… Дальше.
– А чего хотел-то?
– Что за человек?
– Да кто ж её знает.
– Говорят, шаманка.
– Говорят… – уклончиво и не глядя в глаза.
– Врут?
– Может, и не врут.
– Часто тут бывает?
– Не бывает она здесь.
– Ты её видел?
– Ни разу. Но иногда про неё спрашивают, вот такие, как ты. Приезжие. Уходят искать… Да чего-то назад не особо возвращаются.
