он все видел, и его улыбка такая же широкая, как в детстве, до всех этих бед. И я знаю: наконец-то все будет хорошо.
Не идеально, не безоблачно, но - хорошо.
Потому что теперь мы не одни.
Пятнадцать лет спустя
Пятьдесят. Полвека. Цифра, которая когда-то казалась мне такой далекой, недостижимой вехой, теперь красуется на воздушных шарах цвета шампань и поздравительных открытках, аккуратно разложенных по дубовому столу, который мы с Дамиром выбирали вместе лет шесть назад.
Солнце льется через большие панорамные окна нашего дома, того самого, в который мы переехали, когда Артем, наш сын, пошел в первый класс. Лучи мягко скользят по фотографиям в рамках, выставленным на каминной полке: наша свадьба, первые шаги Артема, выпускной Ромы.
В воздухе витает аромат свежеиспеченного торта, ванили и дорогих духов - смесь, ставшая для меня запахом счастья.
Дамир стоит у стола с трехъярусным тортом, украшенным шоколадными завитками и пятью десятками крошечных свечек, что-то шепчет на ухо Артему, в котором так странно и прекрасно смешались его спокойная уверенность и моя упрямость.
Вижу, как он по-отцовски кладет руку на плечо мальчику, как его губы шевелятся, произнося что-то, что заставляет Артема закатить глаза с преувеличенным подростковым возмущением. Но сын все равно улыбается той сдержанной, мальчишеской улыбкой, которую он унаследовал от отца, потом бросает взгляд на меня и дразнится: ""Старушка"", и от этого становится смешно и трогательно одновременно.
я только смеюсь с этого, потому что знаю, он обожает меня, даже если прячет это за подростковым бунтом и показной грубостью, за которой так трогательно видна его нежность."
"Рома подходит неслышными шагами, как всегда умел, и обнимает за плечи, крепко, по-взрослому, но с той же осторожностью, с какой обнимал в детстве, будто боясь сделать больно.
Он уже не тот хрупкий подросток, что когда-то боялся отцовского гнева, не тот мальчик, чьи плечи дрожали от подавленных слез. Теперь в его движениях уверенность мужчины, который нашел свое место в жизни, в голосе тепло, которое не смогли убить все те испытания, что выпали на его долю.
Рядом его жена Катя, милая девушка с теплыми карими глазами, держит за руку нашего внука Ваню, того самого ""маленького бандита"", который уже успел разбить старинную вазу в гостиной и украсть у меня кусочек торта до официального разрезания, оставив липкие пальчики на белоснежной глазури.
- Бабуля, с днем рождения! - Ваня тянет ко мне руки, его глаза сияют таким восторгом, что кажется, будто это его собственный праздник, а не мой.
