Здесь было, по крайней мере, чисто. На столах лежали кипы бумаг, на тумбе стопка папок — очевидно, те самые, что задержали Юлю на работе. Взгляд застыл на старомодном телефонном аппарате. Он поколебался немного, снял трубку. Аппарат функционировал. Сработал коммутатор, пошло соединение с абонентом.
— По округе пошатайся, — буркнул Олег уставившемуся на него Замятину. — Проследи, чтобы чужих не было. Вроде ушли, но кто их знает…
— Слушаю. Полковник Сухов, — отозвался в трубке сонный голос.
— Виноват, Павел Ильич, что звоню в неурочный час, но так сложились обстоятельства. Майор Березин беспокоит.
— Да я понял уже, — отозвался Сухов, — ты, Березин, в курсе, который час?
— Простите, выдалась минутка в битве, и телефон под рукой оказался…
— Все так серьезно? — Полковник начал просыпаться.
— Более чем, Павел Ильич. Можете выслушать меня?
— Говори…
Он слушал, не перебивая, историю про поиски клада и таинственных кладоискателей.
— Ничего себе, — присвистнул полковник, дослушав до конца. — Значит, ты уверен, что «Изумрудная кладовая» находится на территории музея?
— По всему выходит — да, товарищ полковник. Несколько минут назад наши таинственные рудокопы были здесь. Мы можем с Замятиным продержаться до утра, потом вызвать местную милицию, чтобы взяла объект под охрану. Затем ничто не мешает окружить комплекс, пригнать бульдозеры, экскаваторы, применить металлоискатели… Уверен, мы найдем коллекцию, и бесценные сокровища Аннинского дворца вернутся трудовому народу. Но есть одно «но», товарищ полковник. Мы имеем дело не с простыми уголовниками. Во всяком случае, верховодит бандой не простая личность. Поняв, что проиграли, они лягут на дно и останутся безнаказанными.
— А ты собираешься убить двух зайцев, — хмыкнул полковник. — Пожалуй, соглашусь. Работай. От меня-то ты что хочешь?
— Сообщите о случившемся в ленинградское управление. Пусть будут в курсе и ни в коем случае не вмешиваются. Они должны быть готовы в любую минуту оказать содействие, если поступит мой сигнал. Есть у меня одна идея, возможно, завтра-послезавтра я ее реализую…
— Хорошо, майор, действуй. Дадим тебе зеленый свет. Вмешиваться не будем, но ты уж не наделай делов… как в сорок первом…
Приступ начался внезапно, когда он вышел из канцелярии. Распухла черепная кость, помутилось в глазах. Свет от фонаря стал меркнуть, дробиться на мерцающие сегменты. Поплыл пол под ногами, стены вдруг стали принимать горизонтальное положение. Последнее, что он подумал: давненько не было приступов. Олег опустился на колени, прислонился к стене, стиснул виски руками. Боль была невыносимой, голова раскалывалась.
