Потом до него дошло, что явно всей информацией не обладает и козел отпущения, то есть Ваэдан Шмидкович стал объектом пристального начальственного взора.

— Так получилось, — простонал ректор, — что… новых адепток не встретили и…

— И?! — взревел некромант.

— И их принадлежность стала очевидна всем адептам, но мы приняли меры!

— Та-а-ак, — произнес министр магии, и почему-то от одного этого его «та-а-ак» стало гораздо страшнее, чем от всех воплей Верховной и даже ее метлы.

А затем главный стремительно повернулся ко мне и мне же задал вопрос:

— Ярослава, ты сюда сама пришла?

Магии он никакой не использовал, но солгать было бы равносильно самоубийству, и я едва слышно ответила:

— Нет… — и тут же добавила: — Но ничего не было…

— Да-да, вижу, — Инара смерили тяжелым взглядом. — Ладно, считай, парня спасла, — с усмешкой прокомментировал мой ответ некромант. — Василеночка…

— Да-да, милый, — Верховная вдруг стала сама доброта, — вы тут без нас… как-нибудь.

С этими словами я была подхвачена под локоток, и мы покинули чердак.

* * *Верховная торопилась, пока мы чердак не покинули, а уж потом пошла степенно и величественно, как ведьме полагается. Метла была трижды черенком об пол ударена, после чего помещена в передник. Нет, мы, ведьмы, магии не имеем, но от магических вещей никогда не отказываемся.

— Что-то у них как-то не прибрано, — сокрушенно произнесла Василена Владимировна. — А у нас давеча странные дела творились. Круг ведьминский, что во дворе школы стоит, осветился весь и полезла из него… ну не нечисть, тут скорее чисть полезла! — Верховная искоса на меня поглядела. — Половина при школе остаться возжелала, и скажи мне, Ярослава, куда их девать?

— Так уж и некуда? — Я вдруг поняла, что Василена Владимировна ругать не будет.

— Ну часть с выпускной группой уйдет, — начала Верховная, — каждой начинающей ведьмочке помощь пригодится и, опять же, совет жизненный. Так что с домовыми проблему решим, а гномов куда девать?

— Ну… может, к делу приспособить?

— К какому? — Верховная брезгливо переступила через размозженную голову зомби. — Ох, неудивительно, что весь маленький народец на колени падал, лишь бы назад не возвращаться. Чему тут этих магов учат-то?

— Магии учат.

— Оно и видно, что, кроме магии, тут научиться-то и нечему, — Василена Владимировна тяжело вздохнула. — Как же так, Ярослава? Мало я вас учила, девочка моя? Что же ты, свет мой ясный, да такое дозволила?

Коридоры теперь опустели, адептов по коридорам больше не слонялось, вот Верховная и перешла к сути вопроса.

— Да не хотела я… сам он… — И понуро под ноги уставилась.

— Что сам, Ярославушка? Сам снасильничать хотел? Так они это завсегда рады! Что им ведьма — так, тростиночка.