А после:
— Василеночка, ясный мой цвет, с родовыми потугами оно как-то поубедительнее было!
Верховная комедию ломать перестала. Опять поднялась, да к мужу-то и направилась, на сей раз гневно на него глядя.
— Василеночка, — главный наш нисколько не испугался, а разгневанную жену обнял да прижал покрепче, — доверься мне. Амулеты девочкам дам такие, что никто снять не сумеет, одну старшую ведьму им пришлешь для догляду, а еще лучше домовую опытную, но забирать нельзя. Никак нельзя. Нужны они, понимаешь? Очень нужны. Ты пойми, василечек мой, ради малого и не стал бы дело затевать, а тут судьба государства на кону, да жизней не то что сотни — сотни тысяч. Нужны они, ведьмочки, здесь, цвет мой ясный.
Верховная молча выслушала, мужа оттолкнула, стоит задумчивая. А уж мы-то осознанием своей значимости преисполнились, тут уж в каждой «орель» проснулся.
— Да не умрем же, Василена Владимировна, — начала Любава.
— Чай, справлялись же, — добавила Рогнеда.
— Да и вы слова поведали заветные, — Бажена хитро улыбнулась.
— Что уж мы, с магами не совладаем? — Милолика уперла руки в боки. — Как по струнке ходить будут!
— Поддерживаю, — Цветана даже руку вверх подняла, чтобы ее заметили.
— Вы за нас не тревожьтесь, — негромко сказала Белинда, — вместе мы сила.
— А Ярославе тут не место, — решительно произнесла Варвара.
— А это мне решать, — сказала я.
Василена Владимировна нас выслушала, на мужа посмотрела.
— Ну и хитер же ты, но мы на эту тему дома поговорим. Посуда не выживет! — это она главному. — Ладно, девочки, прощаться пора."
"Хорохориться при главном — это одно, а как расставаться нужно, у всех носы зашмыгали. Василена Владимировна опять всех обняла, каждой слово на прощание прошептала, мне досталось: «Чтоб я тебя с этим кобелем даже близко не видела!» Ну а после главный двери открыл, супругу вперед пропуская, и шепотом так в нашу сторону произнес:
— Ведьмочки, никто не в курсе, где можно небьющуюся посуду купить, а?
Мы тут же все заулыбались, слезы вытерли да головами отрицательно покачали.
— Ну и ладно, мне тот сервиз, что эльфы на мое сорокалетие подарили, все равно не очень нравился. Он, правда, уникальный и в единственном экземпляре, но фиолетовые цветочки — не мое однозначно. Бывайте, ведьмочки.
Вот так мы, вместо того чтобы рыдать, стоим и хихикаем. Да только был один момент:
— Варварушка, а можно тебя на минуточку, — ласково так произнесла я, а сама подругу за руку хвать и в ванную потащила.
Ведьмы удивленно на нас посмотрели, но никто ничего не сказал. А я Варю в ванную завела, дверь плотно прикрыла, стою, смотрю. У Варвары длинная темно-русая коса, глаза синие-синие, а губы всегда поджатые, редко Варя улыбается. И тело у нее сильное, красивое — покатые плечи, грудь внушительная, бедра широкие.
