— Дарьял Виданович Сафин, вы арестованы по подозрению в краже вагонов состава № 3443…
Чё, мля?! Какие вагоны я украл? Что они несут? Мы точно вчера только пили? Потому что обычно таких приходов с похмелья у меня не случается. Я начинаю сомневаться в собственном психическом здоровье, а в голове по-прежнему туман и никаких разумных объяснений происходящего.
— Стоп, мужики. Стоп! — Повышаю голос, прерывая опера. — Если это розыгрыш, то мне не смешно.
— Нам же заняться больше нечем, — отзывается «шкаф», — как искать вагоны вместо того, чтобы елку дома с женой наряжать.
"— С женой дома надо заниматься другими делами, — вырывается у меня. Взгляд «небритого платяного шкафа» темнеет, ладони сжимаются в крупные кулаки. — Ладно-ладно, извини, — поднимаю ладони вверх. — Так кто вас прислал? Ворон?
Марьянин хмурится, затем странно хмыкает и закатывает глаза. Похоже, эти двое знакомы, только вот ордер, который впихивают мне в руки, не похож на розыгрыш от друзей. Я в документах разбираюсь достаточно, чтобы отличить подлинник от подделки, и мне больше не весело.
— Парни, у меня только один вопрос: вы у меня в квартире что искать собираетесь? Пропавшие вагоны?
Майор неожиданно усмехается.
«Шкаф» уходит за понятыми.
— Штаны надень, — кивает на мои трусы майор.
— Я все равно не понимаю, что вы хотите тут найти, — отвечаю ему.
— Улики, — Марьянин идет за мной в единственную жилую комнату.
Следит за тем, чтобы я оделся и ничего не выкинул. Смешно. Если я захочу что-то сделать, они нихрена не поймут.
Народу в моей квартире становится больше. Понятые, соседи, смотрят на меня так, будто видят впервые. Скорее всего так и есть. Хорошего охотника от плохого отличает не только умение стрелять и выслеживать добычу, но и отлично маскироваться. В моей работе умение быть «хамелеоном» имеет огромное значение. Я точно знаю об этих людях больше.
Опера профессионально ищут. Снова ищут. Еще ищут. Вагонов нет, уже хорошо, значит я еще не совсем крышей поехал. Ощупывают мое барахло. «Шкаф» хмурится, лезет в один из карманов.
