— Он что? Сбежал? — прошептала я, видя, что карета стоит на дороге ни туда и ни сюда. Колеса глубоко вошли в колею. Холеные, лоснящиеся лошади испуганно ржали и осматривались. Один конь бил копытом землю.
Я посмотрела на лес, понимая, что на месте кучера я бы поступила так же! И плевать на рабочее место. Жизнь дороже.
Мне было страшно при мысли о том, что призрак может покидать поместье, и нигде от него нет спасения!
— Значит, это не фамильное привидение, — задумчиво произнес Розен, подтаскивая меня к себе. Он положил руки на мои плечи, а я почувствовала себя под защитой.
Пусть он меня не любит. Пусть не пылает страстью, не умоляет о поцелуе, но… разве это важно? Сейчас я готова была променять россыпь блестящих комплиментов, цветы и признания в любви на любую защиту.
— Почему ты так уверенно говоришь? — спросила я, сглатывая.
— Потому что фамильные призраки чаще всего привязаны к месту. К месту захоронения, — произнес Розен. — Но, конечно, бывают и исключения. Особенно, движимые местью.
— Так я ему ничего не сделала! — воскликнула я, слишком нервным голосом.
— Нам нельзя оставаться в лесу, — произнес Розен. — Полезай на козлы!
Он с легкостью усадил меня на козлы, а сам сел рядом. Схватив поводья, он стеганул лошадей. Я никогда не ездила на козлах, поэтому испугалась не на шутку, вцепившись в будущего мужа.
— Мы куда? — прошептала я, видя, как лошади набирают скорость после разворота.
— Домой! — сквозь зубы произнес Розен. Я чувствовала, как мы несемся вперед. Ветер трепал волосы и платье, а я отчаянно держалась за его руку, прижимаясь к его плечу. Кони, словно сошли с ума!
— Розен! — прошептала я, не понимая, что не так и откуда у меня это предчувствие. Оно подступало к горлу комом, когда мы неслись по дороге. — Розен!
Я чувствовала, что что-то с каретой не так! Единственная причина, по которой она так несется, это погоня или кто-то захотел в туалет. Но еще немного и в туалет может захотеться мне!
— Все будет хорошо, — произнес Розен, криво улыбнувшись. Я чувствовала, как он напрягся. Как мышцы превратились в сталь.
— Пожалуйста, ври еще дальше, — улыбнулась я, глядя на него с мольбой.
— У меня отлично получается? Да? — усмехнулся Розен."
"Я хоть и не управляла никогда каретой, но чувствовала, что что-то не так! Слишком быстро летели лошади. Словно они от страха сошли с ума!
Ночной лес мелькал деревьями со стремительной скоростью. Сердце то обрывалось, когда карета подпрыгивала на кочке, то возвращалось на место, когда дорога казалась более- менее ровной. В тот момент, когда моя попа отрывалась от шкуры, а я на мгновенье оказывалась почти в невесомости, внутри все ухало вниз.
— Не понимаю, что с лошадьми… — произнес Розен, когда я жмурилась, вжимаясь в его плечо.
