Имущество Потоцких перешло в царскую казну, но мы с Павлом успели подать прошение на выкуп крепостных. Некоторые из них остались в нашем доме, а кто-то пошел работать в «Чёрные воды». Жизнь потихоньку налаживалась, и над нашими головами засияло солнце, обещая счастливое будущее, в котором будет много счастливых дней.

Глава 37

Вспышка чумы началась в причерноморских странах и попала на территорию России через обозы с ранеными в русско-турецкой войне. Раненых везли в Лефортово, где находился военный госпиталь. И в ноябре тысяча семьсот семидесятого года там скончался первый привезённый с фронта офицер, затем врач, а после начали умирать люди, проживающие рядом с госпиталем.

Потом чума проникла в Большой суконный двор в Замоскворечье, по причине завоза трофейной шерсти… Она косила старых и молодых, богатых и бедных, не оглядываясь на чины и звания.

Но мы-то знали о приближающейся беде и подготовились к ней основательно. Во-первых, мы с Таней наготовили спирта для дезинфекции. Во-вторых, уговорили Родиона Макаровича, что не стоит пускать на территорию завода посторонних, а рабочим построить времянки, чтобы они не встречались с другими людьми.

Он сначала удивлялся, но благодаря убедительному и логическому объяснению Павла, понял, чего мы от него добиваемся.

Танин свекор удалился от двора императрицы, сославшись на «ревматизму», и полностью оградился от «праздных визитов». Что, кстати, сделали и мы. Дворня на период эпидемии не выпускалась за территорию усадьбы, и уж тем более им было запрещено общение с родственниками, проживающими в деревне. Питались мы исключительно со своих запасов. Слава Богу, их было достаточно.

Увы, объяснить опасность эпидемии крестьянам и цыганам не удалось и после ее окончания мы узнали о многочисленных смертях.

О них возвещал печальный звон колокола, но чаще он звонил просто так, потому что врачи полагали, будто громкий звук разгоняет тяжелый, зараженный воздух, считавшийся одной из причин болезни. Умерла старая цыганка, пророчащая опасность от явившегося в грозу. К сожалению, чума унесла Сашко. Где-то далеко, в другом, лучшем мире, возможно, он встретился с Варварой и обрел свое счастье.

Дарью Николаевну тоже унесла черная смерть.

Ее закопали на больничном кладбище, повесив на крест маленькую табличку: «Потоцкая Д.Н. Бешеная»."

"Вряд ли она могла себе представить, что так бесславно закончит свою жизнь, упокоившись на безызвестном погосте.

Александр же, сосланный на рудники, после двукратного наказания кнутом не мог двигаться, и сгнил заживо от ран… Судьба повернула таким образом, что расплата настигла их.

Я родила мальчика Мишу. Мне хотелось назвать его именно так, чтобы в его имени перекликались имена отца и деда Головиных.