Катя как раз закончила бинтовать промытую и замазанную зеленкой коленку, как тут сын радостно подпрыгнул и закричал:

— Мама, там папа!

И тут же оказался выдернутым из ее рук встревоженным отцом:

— Ванечка, сынок, ты ударился? Ну что же ты такой неосторожный!

Катя постаралась незаметно прошмыгнуть мимо Клима с аптечкой, но вслед ей тут же понеслось колкое:

— Здравствуй, дорогая жена. Ты так не рада меня видеть?

Она остановилась и вздохнула. Рада, конечно, а что это меняет?

— Здравствуй, Саша. Я решила, что это тебе неприятно. Извини.

Неожиданно он смутился.

— Нет, Катя, это ты меня прости. Я не должен был так говорить с тобой.

Она грустно улыбнулась, и худо бедно мир был восстановлен. Вечером Катя уселась на террасе, обложившись бумагами. Дети спали, Клим спустился к морю сразу же как их уложил. Она внимательно вчитывалась в текст, некоторые моменты не давали покоя, но не у Чистякова же спрашивать. И завидев на дорожке к дому мужа, она набралась смелости.

— Саша, пожалуйста, помоги мне разобраться. Чистякова просить неудобно, какой тогда с меня директор завода!

Клим сел рядом, и пока просматривал документы, Катя жадно вдыхала его ставший уже таким родным древесный аромат с примесью табачного запаха, к тому же пропитанный соленым бризом. Они просидели так до глубокой ночи, Клим объяснял, она слушала и, — удивительное дело! — все понимала, а несколько раз даже с ним не согласилась. Что-что, а работать с Климом Авериным ей всегда нравилось. И не только работать…

— Думаю, ты поспешил с моим назначением, — сказала она, заглядывая мужу через плечо, но тут он обернулся, и его лицо оказалось совсем близко.

Отстраняться не хотелось, и он тоже не спешил. Провел рукой по волосам, придавил затылок, а большим пальцем прижал нижнюю губу.

— Катя, Катя, что же ты делаешь?

Она совершенно рефлекторно отшатнулась, но Клим ее не выпустил.

— Ты же хочешь меня спросить, так спрашивай, ну? Нам все равно придется об этом говорить.

— Хорошо, — она облизнула губы, и Клим сглотнул, — почему ты для нее был Саша, а не Клим?

Он несколько секунд побуравил ее взглядом, а потом резко выпустил руку, так что ее голова дернулась.

— Мы познакомились по работе, она работала на ресепшене бизнес-центра, в котором моя компания организовывала выставку. Поэтому Алла знала мое имя и фамилию. Она слышала, что меня называют Климом, но ей это не нравилось.

— А мне наоборот, не нравится Саша, — простодушно призналась Катя и прикусила язык, но поздно. Клим усмехнулся, глядя не на нее, а на море.

— И ты упорно продолжаешь меня так называть.

— Клим… Он остался в прошлом, — тихо сказала Катя, — в том прошлом, которое только мое. А сейчас ты для меня Саша, отец моих детей и мужчина моей сестры. Пусть и бывший.