Неужели догадался? Неужели заподозрил? Неужели…
Император сделал какой-то пренебрежительный знак рукой, и слуги, прислуживающие нам, вмиг исчезли, словно растворились в воздухе. А мне стало совсем плохо. От дурного предчувствия перехватило горло так, что я едва могла дышать.
— Я не понимаю…
— Все вы понимаете, мисс Вэйтс, — сбросив маску доброжелательности, жестко припечатал его величество. — Я не знаю, чем вы его опоили, но поверьте — все это просто так я не оставлю. Мне важно, чтобы мои приближенные были верны в первую очередь мне, — «а не супругам», — просилось на язык. Теперь понятно, зачем в Империи заключались заведомо несчастливые браки. — Мне важно, чтобы при принятии решений и выполнении приказов он не оглядывался на… кого бы то ни было. Вы понимаете?
Я рефлекторно кивнула. О! Я понимала! Я понимала больше, чем он себе мог представить.
— Вы вмешались в то, во что вмешиваться не имели права. Лорд Тверг уже имеет невесту — йери Амеланис ке Самай из Крайна, — которую казнят за побег при возможности. Или за которой Лиам все так же бегал бы по Империи, так и не женившись и не создавая даже мнимых угроз трону. — И так оно и останется. Даже если ваши чувства так сильны, что вы пройдете испытание, то… вы же понимаете, что вы совершенно не пара моему племяннику. Он — лорд, а вы… — Император сделал такую паузу, что у меня мороз прошел вдоль позвоночника. — Мисс Вэйтс, вас есть кому еще оплакать? — в горле встал ком, и я не смогла ответить. — Потому как утрата семьи Твергов будет ужасна, если вы все же не услышите моей маленькой просьбы.
Мир завертелся, смешались все краски, превратившись в смазанную картину акварелью, оставленную под дождем. Казалось, что я падаю, кружусь, как сорванный пожелтевший осенний лист, и жестокий ветер швыряет меня, совершенно не жалея.
— Вы услышали меня, мисс Вэйтс? — ворвался в мои мысли голос Императора.
— Да, — ответила я, собрав остатки сил и гордости. — Я не позволю случиться непоправимому.
По крайней мере, пока не найду выход. Если вообще смогу его найти.
— Очень надеюсь на ваше понимание и благоразумие, мисс Вэйтс. И очень надеюсь, что этот разговор останется между нами. Я, признаться, ненавижу семейные дрязги. И предпочитаю все решать быстро и радикально, — снова улыбнулся Император, подзывая слугу и указывая на пустую чашку. — Вам лучше еще отдохнуть. Вечером мы снова будем праздновать.
Я поднялась на ноги, не чувствуя земли под ногами, и побрела в сторону своих покоев, даже не будучи уверена, что должным образом откланялась.
В голове пульсировала одна мысль: «Он убьет его! Избавится от него, как только засомневается в его безоговорочной преданности!»
Если я останусь, если попытаюсь стать его женой, он избавится от Лиама.
