Нет причин думать, что у меня не получится.

— Андрей, а папа, получается, знает? — Яна вновь возвращает голову мне на грудь и гладит большим пальцем запястье.

— Да. Первее меня узнал.

— И как он отреагировал?

Перед глазами встает разъяренное лицо Галича, и в груди вновь вспыхивает вспышка злости. Думаю, старик и так понял, что глупость на эмоциях сморозил, но его не оправдывает.

— Нормально отреагировал, Ян. Волнуется за тебя. Даже сказал, куда ехать, чтобы тебя найти.

— Может, помиримся теперь.

Эти слова остаются подвешенными в воздухе, потому что лимит вранья я исчерпал с последней фразой.

— И что мы теперь будем делать, Андрей?

— Полетим в Португалию, если врач разрешит. Выкинем из холодильника все авокадо. Поженимся. Ты же, наверное, замуж за меня теперь хочешь?

Предложение так себе, я уже потом понял, но на романтику сегодня нет сил. К счастью, Яна успела хорошо меня изучить и этого ей достаточно."

"— Хочу, — она быстро отлепляется от моего плеча, и в едва высохших глазах искрят возбуждение и восторг. — Чтобы много народа, белое платье и куча фотографий.

Возможно, я не успеваю совладать со своей мимикой, поэтому она виновато добавляет: — Пожалуйста. Я же всю свою сознательную жизнь об этом мечтала.

По хер. Хочет — пусть будет. Я готов.

40

Андрей

— По-моему, у меня грудь выросла, — Яна стоит перед зеркалом в одних капроновых колготках и, развернувшись, демонстративно расправляет плечи. — Тебе так не кажется?

Я несколько секунд разглядываю немного потемневшие соски и округлые полушария, которые и впрямь стали больше, молча киваю и, отвернувшись, застегиваю пиджак. Через полчаса нужно быть в офисе, а у меня в брюках вновь стойкое желание ее трахнуть, и это с учетом того, что последний секс у нас был около сорока минут назад.

В новом положении девочка Яна стала ненасытной, но, к счастью, мне себя заставлять не надо. Раньше я полагал, что меня феерично вставила ее внешность невинной Лолиты, но сейчас понимаю, что ни черта это не так. За последний месяц ее фигура обрела женственные изгибы, а меня прет от нее еще сильнее.

— Если она и дальше так будет расти, то придется подбирать другое свадебное платье, — эти слова Яна произносит без всякого сожаления, даже с гордостью, что еще раз подтверждает мое мнение о том, что свадьба и беременность ей в кайф.

Живот у нее пока совершенно плоский, но каждое утро она выпячивает его перед зеркалом и начинает гладить, словно от этого его раздует быстрее. Еще ей полюбилась традиция звонить мне посреди рабочего дня и рассказывать, насколько она голодна и что хочет съесть. Никогда бы не подумал, что смогу находить подобное поведение милым, но нахожу.