Еще немного — и точно рванет!
Сглотнул вязкую слюну, когда Зая прошлась несмело ладошкой по члену поверх боксеров. Словно знакомясь в первый раз, примеряя к себе размерчик.
Сжала легонько ближе к основанию и подняла на меня взгляд. Чистый, невинный, даже немного испуганный!
Сама непорочность!
Как? Как она это делает, сука?
Еще немного — и я кончу прямо в трусы! Только от ее пальчиков, так и не дойдя до главного!
А потом пролепетала несмело:
— Ты большой…
— Устраивает? — усмехнулся довольно.
Нет, огромным размером я не обладал, тут Зая явно преувеличила. Возможно, чуть больше среднего, но мне польстило, признаюсь.
По крайней мере, женщины всегда оставались довольны.
— Не знаю, — пожала плечами, все еще не отводя взгляда от моего паха.
И этот взгляд меня сбил с толку. Что-то в нем было не то.
Удивление, задумчивость, неуверенность, но никак не сальный женский интерес, какой я обычно привык видеть в подобных случаях, когда у девочек появлялась возможность путем нехитрых манипуляций заработать приличный капитал. Совместить приятное с полезным.
А здесь Зая смотрела так, словно впервые оказалась в такой ситуации.
Может, правда стоит помочь?
Притянул за попу к себе, вдавливая в нижнюю часть живота выпирающий сквозь ткань боксеров член. Потерся об Заю, давая почувствовать степень моего возбуждения.
Что ни говори, а лучший комплимент для женщины — крепкая эрекция.
Моим стволом сейчас можно было колоть орехи.
В яйцах заныло в предвкушении того момента, когда я окажусь в этой сладкой девочке. В чертовке, которая, еще ничего не успев сделать, довела меня до каменного стояка.
Войти бы в нее сейчас до упора, насадив по самое не могу, и вдалбливаться так, чтобы визжала, закусывая губы в кровь.
Но нет. Пока рано.
Еще немного поиграю.
Нырнул пальцами ей между ног, сдвинув полоску трусиков, и дотронулся до нежного горячего местечка рядом с дырочкой. Поласкал, кружа вокруг входа, растирая выделившуюся смазку, которой, на удивление, было очень мало.
Добрался до клитора, сжав легонько набухший бугорок, и снова вернулся к ее лону, раскрывая нижние губки и медленно вводя в нее один палец.
Твою ж мать, какая она узкая!"
"В ответ Зая обхватила меня руками за шею, уткнувшись в воротник рубашки, и тихо застонала.
— М-м-м, — жалобно замычала она, дернувшись, когда я попытался ввести в нее второй палец.
Я лишь крепче вжал ее в себя.
Не получилось.
Очень узенькая.
Горячая.
И почти сухая.
Да что я делаю не так? Ведь даже по глазам видно, что она хоть и борется с накатывающим желанием, но хочет!
Словно натыкается на какой-то внутренний барьер и откатывается назад.
Я вспомнил, что многих женщин заводит минет.
