Сначала смотала, типа, гордая такая, а потом явилась: «Дяденька, пожалейте»…

Нет, Сашка, это неправильно. Это тупо. И надо как-то по-другому. Придумать что-то.

В конце концов, я не просто так…

Вот да!

Я начинаю пританцовывать на месте от неожиданно пришедшей в голову идеи. Вернее, идея-то у меня давно крутится, но решаюсь на ее осуществление я только сейчас.

Видно, холод неплохо прочищает мозг.

И убирает ненужный хлам из головы, типа ложного стыда, или всяких глупостей про то, что нельзя сдавать своих.

Все же вбита у меня эта херня плотно в подкорку.

А это плохо.

Это мешает.

Значит, надо выбивать.

Вот и выбью.

У меня есть, что предложить моему бешеному любовнику в обмен на помощь. Хотя бы денежную. Если еще и Козловских с хвоста отцепит, буду благодарна до конца жизни.

В конце концов, думаю, что история про непонятную флешку, что валяется у него в сейфе, а еще про то, что код от сейфа сейчас только совсем тупой не знает… Ну, это стоит дорого.

Конечно, придется объяснять, почему я раньше не сказала, почему соврала… Но тут, Сашка, глазки кота из Шрека тебе в помощь. И слезки. В прошлый раз мужик впечатлился вроде. По крайней мере, не в полицию сдал, а трахнул. Может, и в этот раз…

Нет, Сашка! Больше не надо! А то так и привыкнуть можно своим телом платить за защиту и помощь… Нет уж. Неверной дорогой идешь, дорогая.

Конечно, мужик он крутой, конечно, трахается зачетно. Но на этом и все. Потому что попользует он тебя, глупая Сашка, да и кинет. Не плавают такие, как он, по тем же дорожкам в бассейне, что и ты. У них отдельные водоемы, без вони хлорки. И с элитными игрушками.

А с тобой так… Недоразумение. И потому, Сашка, никаких иллюзий. Рот не разеваем на то, что не твое.

И не будет твоим никогда.

И даже мечтать не надо про это.

Просто делаем жалостливое лицо, нюним глаза, рассказываем, как нам страшно, и как мы напугались жуткого дядьку, так, что даже и не сопротивлялись… Не важно, что было по-другому… За столько дней он уж и не вспомнит, как это было. А вот на совести можно сыграть. И на жалости.

Хотя, какая совесть у подпола из Конторы?

Ну, мало ли… Он не выглядел отморозком. И даже наоборот…

Все равно идти некуда.

После удачного побега от Козловских, я промоталась по городу несколько часов, погрелась в Маке, ощущая, как голодно урчит в животе.

Прикидывала по-всякому, как быть, что делать.

И только такой выход нашла.

Приехала сюда, просто посмотреть, решить, буду ли я это делать. Пойду ли просить помощи у мужика, с которым случайно провела одну ночь.

У пугающего, властного мужика, который запросто может меня раздавить, как котенка. Может заставить делать все, что ему надо.

Просто так.

Я понимаю, что все мои рассуждения — пустая блажь.

Что он может даже не узнать меня.

Что для него эта ночь вряд ли что-то значила серьезное.