Отвечал на вопросы отца. Подначивал сестру. Целовал в щеку мать. И все это время на заднем плане держал в голове образ Снегурки. Новой. Такой, какой он ее увидел в проеме двери родительского дома.
Свежей, в строгом платье, с аккуратно убранными волосами. И это ее «Виктор Евгеньевич»… Еще бы «хозяином» назвала, для полноты картины.
— Саша, спасибо, сегодня больше не понадобишься, — сказала мама, отправляя Снегурку отдыхать. — Витя, — повернулась она к сыну, и он, чуть вздрогнув, перевел взгляд на нее от двери, за которой скрылась Сашка, — ты останешься на ночь?
Виктор опять задумчиво посмотрел на дверь в служебную часть дома.
— Да… — он помедлил, размышляя, а потом добавил, уже тверже, — да, останусь…
9. Новая жизнь для меня
Я закрываю за собой дверь в комнату и тут же приваливаюсь к ней спиной. Потому что ноги тупо не держат.
Блин, хорошо, что платье ниже колен.
Виктор не видел, как они дрожат.
Вот прям как начали с того момента, когда дверь ему открыла, так, кажется, до сих пор и ходят ходуном. Странно, что не упала нигде.
Сашка, ты взбесилась?
Что происходит-то?
Ну, пришел сын хозяев, ну посмотрел на тебя.
Ну, спала ты с ним когда-то… Не так давно, кстати…
И что?
Вот, что?
Из-за этого надо, как дуре, в полуобморочном состоянии ходить? Да?
Нет!
Я злюсь на себя, бью несколько раз со всего размаху по щеке. Боль отрезвляет. И это хорошо. А то весь вечер, как в кумаре проходила. Под его взглядом. Какого черта смотрел-то, вот что интересно?
Ведь сам сказал, что недоразумение. Что не будет ни настаивать, ни…
Опомнись, овца!
Он и не настаивал! Он вообще ничего не делал! Ну, смотрел. И что? Может, просто оценивал, справляюсь, или нет…"
"Сейчас наверняка еще у матери выспросит…
Хотя хозяйке явно не до меня. И сказать ничего, кроме того, что я незаметная и вроде как не лажаю, не сможет.
Валентина Борисовна вот, карга старая, много чего скажет. Она, наверняка, досье на меня ведет, и все косяки записывает. Чтоб по итогу испытательного срока вычесть из зарплаты.
Откуда я это все знаю?
Так она сама сказала! Хуже надсмотрщицы в тюряге, ей-Богу!
Вообще, сама работа мне даже нравится.
Не то, чтоб я мечтала быть прислугой, но, если по честному, чем продавец, например, обуви, отличается от прислуги в богатом доме? Ничем. Тот же обслуживающий персонал. Только ему за день приходится сто разных чужих ног ощупывать, молнии, там, застегивать, шнурки завязывать.
А я большую часть времени вообще одна. Ни с кем не общаюсь. Кроме грымзы старой, само собой.
Работа несложная. Прибраться, все по местам расставить, куда не надо, не ходить, накрыть на стол, убрать со стола, загрузить посуду в посудомойку, сгонять по разным делам.
Нормально и не пыльно.
Тем более, что в самом доме, несмотря на большую площадь, очень чисто.
