И в финале, навалившись на свою Снегурку, закинув уже обе тонкие ноги себе на плечи, он выбивал каждым движением мучительный стон, проходящий лезвием по нервам. Остро, больно и сладко.

Убойное сочетание. Дикое. Как и вся ситуация в целом.

Но особенно дикой она стала, когда Снегурка, вместо того, чтоб попытаться остановить его, потому что ну явно это не секс, это гребанный марафон, в котором хорошо только ему, а вот ей — наверняка не особо, обняла, прижалась, начала бестолково и быстро целовать шею, грудь, шептать лихорадочно:

— Да-да-да-да-да! Вот так! Так-так-так-так! Даааа…

Сжала его внутри сильно-сильно, закатила глаза, кончая…

И Вик не смог больше терпеть, догнал ее в их общем кайфе, разделил его на двоих. Усилил.

И потом долго лежал, придавив беспомощно сопящую под ним Сашку, пытаясь прийти в себя.

И понять.

Что это, нахер, такое было сейчас?

И почему желание поиграть, просто поиграть со Снегуркой переродилось вот в такое безумие?

Где он проебал контроль?

И что теперь с этим всем делать?

28. Не совсем законные методы

— Вот что мне в тебе нравится, Гор, так это умение делать рожу кирпичом при самых неблагоприятных прогнозах.

— А то! Знал бы ты, сколько раз меня это на оперативках выручало…

Вик резанул взглядом по невозмутимой физиономии приятеля, проигнорировав попытку в шутку свалить, и повернулся к экрану ноута.

— То есть все, как я понимаю?

— Да, сегодня выпускают.

— Но там же стопроцентная доказуха? Где твои проебались?

— Нигде. Доказуха есть. Но его под залог выпустили. И справку предоставили, что хроник.

— Ну, тут, кстати, могли даже и не соврать… — Вик побарабанил пальцами по столу, прикидывая последствия. Не очень благоприятные. — Из психушки, хоть, справка-то?

— Чего стебешься?

— А чего? Плакать? Ну поплачь…

— Так.

Судя по всему, Гору надоел злобный подкол Вика, потому что он повел мощной шеей и поднялся со стула.

Глянул в окно на заснеженный внутренний проезд двора, где располагалось ФСБ, прикурил.

— Ты сам все знаешь. Я все сделал. Сам поучаствовать не желаешь?

— Не могу. Меня там вообще быть не должно, ты же знаешь."

"— Вот-вот… тебя не должно, отца твоего — тоже, а потом удивляемся, как это у нас под залог по незалоговым статьям выходят.

— Отец не в курсе.

— Даже так? — Гор развернулся, коротко глянул на Вика, но не стал уточнять.

И в самом деле, чего уточнять-то? Понятно, что Вик решил сестренку прикрыть.

Вик тоже не откомментировал. Все всё прекрасно понимали. И в том числе радения папаши-прокурора по поводу своего отпрыска. Который примерно через час должен был выйти под дикий залог на свободу.

До суда, само собой.

Все законно. И правильно.

В том, что, едва появившись на улице, мелкий твареныш нарежет за границу, ни Гор, ни Вик не сомневались.