Никаких «папочка, спаси меня» и прочих слюней, поняла? ‒ согласно киваю и принимаю из его рук необходимое.
Слышатся гудки ‒ тоненькие, протяжные. Кажется, отец не отвечает целую вечность, а, когда всё же принимает звонок, давлюсь слезами от звуков родного голоса, едва сдерживаясь, чтобы не закричать в трубку.
‒ Пап…
‒ Дочка! Всё в порядке? С тобой всё хорошо? ‒ и мне бы ответить, но чёрный испепеляющий взгляд уже обжигает раздражением.
‒ Папа, ‒ читаю текст на бумаге, ‒ моя жизнь и свобода зависят от твоих действий. От тебя требуется миллион евро. Только наличные. Чем быстрее соберёшь деньги, тем быстрее получишь меня… ‒ спотыкаюсь на словах, сглатывая слёзы, ‒ без серьёзных увечий. Максимальный срок ‒ неделя. Время пошло.
Мужчина выхватывает телефон, сбрасывая звонок. Наверное, есть лимит на разговоры, потому что сейчас, как и два часа назад, он засекал время, посматривая на часы.
‒ Завтрак в восемь, будь добра проснуться до моего прихода. ‒ Движется к выходу, прихватив пустой поднос.
‒ Не уверена, что засну, ‒ демонстративно отворачиваюсь.
‒ Послушай меня, ‒ шаг, больше походящий на прыжок зверя, и сильная ладонь сжимает мой подбородок, дёргая на себя. ‒ Ты не в том положении, чтобы высказывать недовольство. Одно неправильное действие с твоей стороны ‒ накажу. Будет больно и неприятно. Усекла?
‒ Да, ‒ выдаю с хрипом, полностью сосредоточенная на жёстком взгляде.
‒ Вот и умница. В шкафу есть журналы и книги. Развлекай себя сама.
Закрывает дверь, провернув ключ два раза. Улавливаю удаляющиеся шаги и ещё один щелчок. Значит, комната не одна, и даже при условии моих самых громких криков, вряд ли мне придут на помощь.
Некоторое время накручиваю круги по спальне, детально рассматривая обстановку и проверяя шкафы на наличие каких-либо предметов, которые помогли бы мне отсюда выбраться. Но мой похититель позаботился о том, чтобы не оставить ничего лишнего. Как он и сказал, лишь стопка женских журналов и несколько книг, а, точнее, оригиналов английской литературы. Видимо, даже об идеальном знании мною английского языка эти люди осведомлены.
Переключаюсь на окно, за которым виден зимний сад с узкими тропинками, голыми деревьями и кустами. Летом здесь наверняка красиво. Посреди огромный фонтан, сейчас запечатанный и закрытый от морозов. Внимание привлекает фигура девушки в центре композиции, которую я определённо видела, вспоминаю: скульптура Бенджамина Виктора «Вирсавия» при изучении предмета «История мировой культуры». Вдалеке виден огромный дом в три этажа и накрытый бассейн. Рядом ещё одно высокое строение, предназначение которого мне непонятно. Встаю у края окна, направив взгляд так, что в небольшой просвет между двумя постройками, виден проезжающий автомобиль.
