Красивая и большая, в человеческий рост, возвышается над садом. Огибаем дом с другой стороны, где стоит такси. Передо мной открывают дверь, кивком указывая, что нужно сесть.

‒ Он тебя отвезёт.

‒ Куда? ‒ спрашиваю, но мой вопрос остаётся без ответа.

В машине тепло, негромко и ненавязчиво играет радио. Сжимаюсь в комок, вжавшись в сиденье, опасаясь задавать лишние вопросы. Машина едет не быстро, останавливаясь на светофорах и не нарушая правила. Стараюсь понять в каком мы районе, но название улиц ни о чём мне не говорит, а здания незнакомы. Полчаса, час, два, а может больше занимает дорога. Кажется, едем целую вечность, пока автомобиль не останавливается.

‒ Выходи.

Осматриваюсь, понимая, что мы прямо перед моим домом. Вот так просто ‒ села в такси и приехала домой.

‒ Это всё? ‒ решаюсь спросить.

‒ А что ещё? До двери проводить? ‒ прыскает мужчина. ‒ Мне заплатили. Работу выполнил. Выходи.

И я выхожу. Автомобиль срывается с места, а я не решаюсь подойти к двери. Растерянность и непонимание ‒ меня так просто отпустили? Это всё? Заскакиваю в дом и сразу попадаю в полумрак.

‒ П-а-а-а-п! Папа! Ты где? Я дома! ‒ ору, как ошалелая, осматривая пустые комнаты. Тихо, словно я здесь одна. Быстрым шагом направляюсь в кабинет, а, открыв дверь, вижу отца. ‒ Папа!

Бросаюсь ему на шею, сжимая так крепко, как только могу, насколько хватает сил.

‒ Дочка… ‒ родные руки обвивают, кажется, до хруста костей, прижимая к себе. ‒ Всё в порядке? ‒ гладит моё лицо ладонями, заправляя за ухо выбившиеся пряди.

‒ Да! Представляешь, меня просто в такси посадили и отправили домой! Так просто! ‒ не могу справиться с эмоциями, обнимая отца. ‒ Ты заплатил, да? Отдал деньги, поэтому меня отпустили?

‒ Да.

‒ Сколько меня не было?

‒ Семь дней. Тебя не обижали? ‒ лицо становится серьёзным и озадаченным.

‒ Нет-нет, кормили, даже, можно сказать, заботились. Он даже не прикасался ко мне.

‒ Точно?

‒ Да, точно, точно… Я же обещал сделать всё в лучшем виде. Пальцем её не тронул, Демьян, ‒ голос за спиной вмиг возвращает меня в комнату, где я провела несколько дней.

Отшатываюсь, и медленно поворачиваюсь, сталкиваясь взглядом с моим похитителем. Мужчина расслабленно откинулся в кресле, закинув ногу на ногу. Лёгкая полуулыбка по-прежнему напоминает оскал, и я неосознанно отхожу назад, прячась за отца.

‒ Пап, это он… Тот, кто меня похитил… Это он… он…

‒ Не он, а Лев Яковлевич, ‒ слегка склоняет голову в приветствии, ‒ приятно познакомиться, Арина. Она у тебя прям нежный цветочек ‒ пугливая, скромная, ранимая. Кажется, чуть сильнее сожми и рассыплется.

‒ Девочка должна быть такой, чтобы её хотелось защищать. Я дочь так растил, ‒ отец прижимает к себе, целуя в макушку.

‒ Папа, вы знакомы? Ты его знаешь?

‒ Знаю, Арина.

‒ Ты всё это время знал, где я, так?..