Темная империя. Книга вторая

И я словно перенеслась в цветущие сады Сарды, вдохнула воздух, напоенный ароматами цветов, услышала пение птиц и ощутила, как по венам все быстрее бежит кровь, как хочется кружиться, раскинув руки, а желание пробежаться по дорожкам я с трудом подавила, ведь я леди – леди Найрина Сайрен, едва поступившая на первый курс целительского факультета.

Распахнув глаза, торопливо запила чувство горечи от утраченного вином, и набрала последнюю, третью ложечку эссараты, чтобы…

– Знаете, это сон, – несколько растерянно произнесла я, – но, Даррэн, если вы это не попробуете, я себе подобное не прощу!

– Да? – все как-то странно плыло, но я серо-синие глаза Даррэна я видела очень отчетливо.

И вдруг эти глаза оказались ближе, и я услышала искренне удивленное: – Никто и никогда не делится эссаратой, Найриша. Видишь ли у нее разовый эффект, ее готовит всего один повар в Хаосе и ее можно всего три ложечки. Так что ешь, прелесть моя, мне нравится слышать, как ты тихо стонешь от удовольствия, проживая самые неординарные моменты своей сознательной жизни.

– Неординарные? – переспросила я.

– Мм… важные, приятные, переломные, у всех по-разному, но это всегда незабываемое удовольствие и незабываемое лакомство.

И не забудь сделать еще глоток вина, он усиливает вкус эссараты.

Даррэн отодвинулся, а я не смогла не спросить:

– А вы сами пробовали ее?

И получила честный ответ:

– Не доводилось. Это считается женским лакомством – ведь эссарата позволяет получать удовольствие от прошлого, мужчины же предпочитают жить будущим, так что…

Я молча, но настойчиво поднесла ложечку к губам господина Эллохара, и увидела, как недоуменно вскинулась его бровь.

– Это же мой сон, – напоминаю очевидное, – а мой сон – мои правила. Пробуйте!

Несколько секунд мне казалось, что он откажется, но долгий пристальный взгляд в мои глаза, а затем Даррэн потянулся за бокалом, сделал глоток вина, и медленно произнес:

– Мне половину и тебе половину, хорошо?

И я поняла, что при ином раскладе мне откажут.

– Хорошо, – весело согласилась я.

Отставив вино, Даррэн осторожно обнял мою ладонь обеими руками, затем, не отрывая взгляда от моих глаз, потянулся к ложечке. Его губы накрыли мусс, затем медленно мужчина отстранился, забрал из моей дрогнувшей ладони ложечку, развернул и поднес к моим губам.

И я послушно приоткрыв рот, забрала крем и зажмурилась…

Изломанный искореженный город, битое стекло, мертвые тела, пожары, запах гари, кровь повсюду… Больно. Мой мир разрушен и эта боль, боль по утраченному заставляет сердце сжиматься. И я иду по улицам, но слез больше нет – я словно все выплакала…

Иду туда, где нахожу странного непонятного мужчину, которому больно так же, а может еще больнее.