Встревожившись, что Клейтон может разгадать их махинации, она разразилась поспешным монологом:
– Конечно, Стивен словно с неба свалился, но я так рада, потому что Лансберри со своей дочерью, леди Эмили, нанес нам неожиданный визит, и не будь здесь Стивена и его приятелей, бедняжке не с кем было бы поговорить и повеселиться! Одни старики!
Кстати, она прелестная девушка!
Алисия уже взялась было за ручку двери, но оглянулась, запоздало сообразив, что сын и невестка широко улыбаются и при этом совершенно не намереваются следовать ее примеру.
– Нам пора, – весело напомнила она.
– Думаю, следует подождать, пока я скажу, о чем собирался поговорить с тобой, – мягко пояснил Клейтон.
Алисия мгновенно обернулась.
– Я, естественно, предположила, что ты хотел дать мне нагоняй за то, что не постаралась примирить тебя с Уитни! – выпалила она, отбросив маску ангельской невинности.
– Возможно, так и следовало сделать, – с ухмылкой кивнул Клейтон. – Однако я посчитал более важным объявить, что ты вот-вот станешь бабушкой.
Сияющая улыбка озарила лицо Алисии Уэстморленд. Она порывисто схватила за руки сына и невестку.
– О, мои дорогие, – выдохнула она и, не в силах найти слов, способных выразить ее счастье, прижала их ладо ни к щекам. – О, мои дорогие!
Глава 38
Граф Лэнгфорд, высокий изможденный человек лет восьмидесяти, приходившийся кузеном отцу Клейтона, маячил в дверях столовой, опираясь одной рукой о косяк, а другой – на палку черного дерева.
– Клеймор! – приветствовал он, когда Клейтон выходил из комнаты под руку с Уитни. – Не могу ли я перемолвиться с вами словечком? – И, бросив на Уитни извиняющийся взгляд, добавил: – Насколько я понял, ваш муж приехал только вчера ночью, но не могли бы вы расстаться с ним всего на несколько минут? Дело неотложной важности.
– Разумеется, – охотно согласилась Уитни. – Пойду поищу Стивена и его компанию.
Она упорхнула в сад, а Лэнгфорд поспешно схватился за Клейтона, чтобы не упасть.
– Ваша жена не только красива, но и добра. Вчера провела со мной несколько часов, пока я распространялся насчет своих исследований трудов древних философов. Поверите ли, – подмигнув, признался он, – она также весьма правдоподобно притворялась, будто интересуется не только темой беседы, но и моей скромной персоной. Клянусь, я словно сбросил двадцать лет!
– Временами она и со мной творит нечто подобное, – пошутил Клейтон, медленно уводя старого графа в единственное никем не занятое помещение на первом этаже.
– Двадцать лет назад вы были зеленым юнцом.
– Именно это я имею в виду, – добродушно пояснил Клейтон.
Поудобнее устроив Лэнгфорда в маленькой гостиной, где перед этим беседовал с матерью, Клейтон сел напротив.
