Видела таким… Ты сейчас там, в мире живых. А я… – Он вздохнул. – Прости, что так получилось, я не сдержал своего обещания, так и не приехал к тебе в день нашей свадьбы и не забрал с собой.

Я закусила губу, чтобы сдержать слезы. Столько горечи, тоски и безысходности слышалось в голосе Эриона… И ведь ничего уже не исправить!

– Мне безумно жаль, что все так сложилось, – тихо продолжал он. – У нас с тобой впереди была вся жизнь, счастливая долгая жизнь. Тебе сейчас очень тяжело, а я даже ничем не могу помочь, и это просто разрывает мне сердце. Но прошу, не думай обо мне.

– Как я могу о тебе не думать? – Голос дрогнул, я все-таки всхлипнула. – Эрион, я бы все отдала, чтобы тебя вернуть!

– Отсюда нет пути назад, Вилена, – горько усмехнулся он. – Но… – словно бы на миг заколебался. – Хотя нет, не смею тебя просить…

– Просить о чем? – встрепенулась я. – Как я могу тебе помочь?

Эрион ответил не сразу, словно бы сомневался, стоит ли вообще продолжать. Но все же произнес:

– Для мертвых есть лучший мир. Но я застрял здесь, в Долине Посмертия, до конца времен, и все потому, что моя смерть не отомщена.

Ты ведь наверняка уже знаешь, кто меня убил. Знай же, он убил меня из-за тебя.

– Из-за меня? – обомлела я.

– Да, Вилена. Алмир ив Реллион не простил тебе отказа, как и не простил того, что я посмел отобрать тебя. Он лишь выжидал, когда наше с тобой счастье достигнет своего пика, чтобы именно тогда нанести решающий удар. Он убил меня жестоко и беспощадно, не дав ни единого шанса даже попытаться защититься. Это страшный человек, Вилена. Он привык всегда получать то, что пожелает. И я очень боюсь за тебя. – Эрион тяжело вздохнул и с надеждой добавил: – Но я в тебя верю, ты не предашь нашу любовь и не позволишь негодяю восторжествовать.

Ты отомстишь ему за мою смерть, и только тогда я обрету покой. И там, в лучшем из миров, я буду с нетерпением ждать тебя. Там нас уже никто не разлучит. Там у нас будет целая вечность… – Силуэт уже удалялся, голос затихал.

– Я обещаю, Эрион, – прошептала ему вслед. – Обещаю: Алмир за все ответит.

Словно бы от этих слов окружающий туман стал еще алее, будто бы уже обагрившись кровью Алмира. И в тот же миг мое свадебное платье превратилось в похоронный саван.

Казалось, это знак, что только здесь, после смерти, я обрету счастье. Вечность с любимым. Нужно будет просто умереть и… Но в долю секунды эти вялые, убаюкивающие мысли смело захлестнувшей паникой. Нет! Я хочу жить! Я буду жить!

Стало жутко и тошно; при всей моей любви к Эриону я все равно не была готова последовать сейчас за ним. И пусть в реальности меня ничто не держало, да и вообще радоваться сейчас там точно нечему, но желание жить захлестывало с поразительной силой.