— Золотинка тоже оценила твое преображение, — удивляет догадкой Лин.
— Да. А как ты? — взмахиваю рукой, не договаривая.
— Ты знаешь, что истинные со временем могут не только чувствовать эмоции друг друга, но и общаться на расстоянии? — спрашивает истинный вместо ответа. И продолжает, увидев, что я отрицательно качаю головой. — Бураш чувствует Золю. Слабая, но связь уже есть. Думаю, твоя девочка тебе об этом очень скоро расскажет сама. А сейчас нам уже пора.
Глава 47
АНИЛА"
"Понимание, что в Ла-Ми Театре соберутся только сливки общества, в голове закладывается изначально. Но все же увиденное оказывается слегка за гранью моей фантазии. Поражает не только по истине королевский размах и шик центральной приемной залы, но и масштабы концентрации бриллиантов, мехов и золота на один квадратный метр.
— Матушка-Луна, куда я попала? — шепчу беззвучно, на секунду прикрывая глаза и утыкаясь носом в лацкан пиджака Лина. — Тут ослепнуть недолго.
— Всё хорошо, родная, обычная людская светская тусовка, состоящая из чванливых толстож…попых снобов и сопровождающих их моделек, демонстрирующих на себе состояния этих самых пузанов. Ну и с точностью до наоборот, мальчики-зайчики рядом с дородными матронами, умеющими зарабатывать деньги. Все, как всегда. Ничего нового.
— Ты так говоришь, будто часто посещаешь подобные мероприятия, — делаю вывод по совершенно безмятежному лицу Лина, взирающего на окружающих в некой ленцой и пресыщенностью.
И заранее ужасаюсь, а что, если Фурову это на самом деле нравится? Или он часто бывает в подобных местах, так как является альфой? А я, став его парой, тоже должна буду присутствовать на слетах денежных мешков?
Да не дай матушка-Луна. Ужас же кошмарный.
— Меня все это также бесит, как и тебя, милая, — произносит тихо-тихо Лин, будто мысли мои по глазам видит. — И нет, я бываю в подобных террариумах нечасто. Последний раз приходилось лет тридцать — тридцать пять назад.
— Ого. Так я тогда еще пешком под стол ходила, — округляю глаза. — А сколько тебе лет?
— Не скажу, — хмыкает Фуров с такой безумно привлекательной улыбкой на губах, что у меня сердце щемит, и тут же возникает ревность, когда ловлю на истинном сразу несколько заинтересованных взглядов от идеальных длинноногих моделек.
— Даже не думай об этом, — Лин приобнимает меня за талию и легонько касается губами виска, — я — только твой, навсегда. По-другому быть не может. А про возраст расскажу, когда согласишься стать моей.
Подмигивает, глядя в самую душу. И я совершенно забываю обо всем лишнем.
— Кстати, родная, — хитро меняет он тему разговора, и я понимаю, почему это происходит. Слишком много посторонних вокруг, да и не время сейчас для подобных откровений.
