— Что, дерзкая, сучка?! — он снова подходит ко мне и схватив за волосы заставляет запрокинуть голову назад. — Мужик твой мразь самая настоящая, зато телку себе нормальную нашел, зачетную. Хоть проценты будет брать в кайф, ты сочная, — кривлюсь от его слов и пытаюсь вырваться из его рук, дергаю головой вперед, но его хватка становится только сильнее.
— Таланты свои угомони, если не хочешь начать отрабатывать прямо сейчас. А то мы тебя быстро распечатаем, всех обслужишь, начнешь пахать с этой самой секунды.
Кривит лицо и смотрит в сторону, слышу шаги, сердце замирает, понимаю, что их тут даже не двое, а намного больше.
— Ну че, как вам телка? Хотите расслабиться или Молоту ее повезем?
Глава 17. Лера
Чувствую себя куском мяса, а вокруг меня собрались голодные псы. Слышу, как они дышат, чувствую на себе их липкие и пробирающие до костей взгляды. Их слюни стекают по клыкам и капают вниз, слышу, как жадно они облизывают пасти и как хотят меня сожрать.
— Ну что, повиляешь задом? — ублюдок снова дергает меня за волосы, а после отпускает их, даёт возможность двигаться. Перевожу взгляд вперёд и вижу еще троих. Огромные, мерзкие животные.
— Сам виляй, — шиплю в ответ и взглядом в него вгрызаюсь.
Черт! Что я творю, какого черта рот раскрываю, зачем начинаю дерзить? Ведь им ничего не стоит заломать меня сейчас, и сделать все что они хотят. Руслан по сравнению с ними просто недосягаемая мечта. Могла же сейчас сидеть в ресторане, под его охраной и выслушивать его предложения. Нет же, поверила в то, что Дима не мог так со мной поступить, помчалась, прибежала, попала в ловушку…
— Ты что тварь, попутала? — замахивается и отвешивает мне пощечину. Хватаюсь рукой за щеку, накрываю место удара, зажмуриваюсь и пытаюсь не завыть от жалящей боли. Чувствую во рту привкус железа, похоже, что от удара у меня пошла кровь.
— Рябой, отошел от девчонки, — слышу новый голос, хриплый, прокуренный, а вместе с этими словами и шаги слышу, которые приближаться начинают. Тут же дергаюсь, пытаюсь отползти обратно.
— Тише, крошка, не дергайся, без моего приказа тебя никто не тронет, — рукой подбородок мой хватает и лицо моё вверх заставляет поднять, глаза распахиваю и вижу перед собой мужчину, его лицо изуродовано огромным шрамом. От правого глаза и прям к губам наискосок шрам огромный виднеется.
На глаза слезы наворачиваются. Что они со мной делать собираются? Насиловать? Пытать? Убить меня хотят?
— Где деньги лежат, знаешь? — в глаза мне смотрит и чуть сильнее подбородок сжимает, всхлипываю от страха и боли саднящей.
— Не знаю, — хриплым голосом произношу.
