— Отвали, сгусток ненависти!

Зимой тут обитаемых было домов восемь, и над каждым горел ореол света, видный издали. Дом по соседству с моим был отлично освещен, фонари горели прямо на воротах, и свет падал на калитку. В окнах дачи тоже горел свет. Я толкнул калитку, она оказалась заперта на щеколду, но несложно было просунуть руку в щель между досок и открыть ее, что я и сделал.

Прошел к порогу, постучал в дверь.

— Лидия! Это Павел, мне нужен…

В окно выглянула Лидия, открыла дверь и улыбнулась, как родному.

— Павлик, привет! Что-то случилось?

Я обернулся и рассказал, что неплохо бы заколотить щель в заборе, чтобы чужие не ходили, а то наркоманы шастают, тащат все, что плохо лежит.

Выскочили Ваня со Светкой, облепили меня. Подождав, пока они утихомирятся, я перешел к цели визита:

— Скоро холода, тут они всегда наступают внезапно. Собрал вещей бездомным, хочу отвезти им, но не знаю, где они живут. Может, Коля…

— Знаю! — крикнул он из комнаты, вылетел в прихожую. — Знаю. Но это хреновая мысль. Не советовал бы.

— Почему? — удивилась Лидия.

— Ну-у… Они всех ненавидят. — Бузя скривился, силясь объяснить и не находя нужных слов.

— Весь мир против, только они вместе поняли?

— Так что, им теперь погибать? — покачала головой Лидия.

Малолетние преступники самые жестокие. А беспризорники — потенциальные преступники, брошенные, никому не нужные, терпящие подзатыльники, отбивающиеся от извращенцев. Они ждут от мира только зло и готовы платить тем же.

Шевельнулась малодушная мысль отказаться от этой идеи, но я отогнал ее. Необязательно же заходить в их логово.

— Вы не находили тут ветоши? — обратился я к Лидии. — Старые одеяла, простыни, пальто, плащи.

— Покрывало есть заплесневелое, — ответила она.

— Рваный пододеяльник. Пальто, битое молью.

— Хорошо. Все пойдет. Эти вещи могут спасти чью-то жизнь.

Бузя почесал подбородок. Сморщил нос и сказал еще раз:

— Не надо ехать туда ночью. Это ж отморозки! Разденут и башку проломят.

— Значит, просто оставлю вещи и — назад. А ты подстрахуешь. Там же совсем мелкие есть. — Я погладил Свету по голове. — Такие вот. Замерзнут, жалко.

— Ну, смотри. Но да, я подстрахую. Но близко не пойду.

Лидия принесла обещанное, я дал детям по двести рублей на сладости, набил мешок под завязку, но простыня не влезла, и Бузя пообещал нести ее в руках.

Прорвавшись сквозь свору собак, мы уселись на мопед и тронулись, Бузя накинул ее и крикнул:

— Я Бэтмен! Е-е-е! Бэтмен!

Дав ему порезвиться на сельской дороге, я сказал:

— Сними и не нарывайся. Менты могут остановить.

Он послушался.

* * *Когда мы приехали на место, уже стемнело. С гор тянуло сыростью и прохладой, усилился ветер.

Это был старый двухэтажный дом под снос, стоящий недалеко от заболоченного участка, прямо возле мерно рокочущего моря.