Харламов точно перемен не заметил, кроме того, что пару раз в неделю подвозил жену до офиса или здания суда. Поначалу посмеивался, но через месяц смирился, и даже, как сам шутил, «по блату», подбирал для любимой жены дела поинтереснее, уже зная, что именно может Машу всерьёз зацепить.
Конечно, работа интересовала её. О карьерном росте думать прекратила, да и куда расти под началом мужа, работая в его фирме, и даже печалиться по этому поводу Маша со временем перестала. Куда больше её в данный момент жизни занимала семья. Что могло быть лучше, чем наблюдать за тем, как Дмитрий Харламов кормит годовалую дочку кашей или купает её вечерами, с энтузиазмом играя с ребёнком в резиновых уточек.
- Девушка, я возьму платье, - объявила Маша продавщице, когда поняла, что слишком задержалась у зеркала, и уже некоторое время думает не о платье, и не о предстоящей субботе, а о своей жизни.
- Замечательный выбор, - заучено, но от этого не менее радушно похвалили её, а Маша мысленно согласилась. Выбор, на самом деле, неплохой. Ей по-прежнему идут тёмные, броские цвета. А в семейной жизни необходимо время от времени становиться броской, совершать неожиданные поступки, чтобы удивить любимого мужа, да и себя саму. Вспомнить, что жизнь за дверью дома не заканчивается. На кухне, в детской и даже в спальне не заканчивается. Вокруг огромный, интересный мир, и Маша чувствовала, что желает насладиться им в полной мере.
И для начала неплохо было бы вытащить Харламова в отпуск. Пару раз намекала, но он то ли в самом деле не понимает, то ли весьма удачно притворяется. Видимо, ждёт, когда жена рассвирепеет и скажет ему всё в лицо. Странно, что Дмитрий Александрович за два года брака не запомнил, что ничего хорошего это не сулит. Лично для него."
"Но всё-таки семейная жизнь вносила серьёзные коррективы. И теперь нельзя было вернуться домой из торгового центра, после покупки самого классного за последние два года платья, просто сияя улыбкой и помахивая пакетиком с дорогой покупкой.





