— Она знает, что мы здесь, — прошептал я, — Надо уходить, это ловуш…
— Парни, прием! У входа движение, силуэт мелькнул, — одновременно со мной сбивчиво затарахтел в рацию Бамос, — Не понял кто. Возможно, собака.
— Хуяка, млять, — взревел Мирный, разворачивая пулемет в сторону входа, — Это ходячий лев, на хер. Пусть только подойдет…
Глава 22
В проеме ворот появился силуэт, через ребра которого сочился свет снаружи. Здоровый, на голову выше и шире, чем тот, с которым я как-то встречался в гаражах. Зверь, будто живой, вальяжно переставлял лапы, не издавая ни единого звука. А когда подгнившая морда попала в луч фонаря, лишь мотнул слипшейся гривой.
— Парни, он не один, — прошипела рация.
— Бамос, заебал! Ты либо заранее сообщай, либо вали их сам уже… — Мирный перевел ствол пулемета на второго зверя, потом на третьего и обратно, — Левый мой.
В рации раздалось недовольное сопение, и послышался выстрел. Задницу последнего вошедшего зверя вмяло в пол. Хрустнула кость, но лев, не обращая внимания на отнявшиеся лапы, пополз к нам на передних, оскалившись и вывалив полусгнивший язык.
Этот хруст и послужил сигналом и для нас, и для зомби — мы разом открыли огонь с трех стволов, отбрасывая самых дерзких. Руководил нашим хором пулемет Мирного, но и мы с Саней не отставали. Я забил на пистолет, бросил фонарик под ноги, и от души тарахтел «шмайсером». Огонь — швейная машинка просто, а не музейный экспонат! Еще всех нас перестреляет.
Первый, самый здоровый лев, оказался чересчур быстрым. Получил несколько пуль в грудь, ушел в сторону и прыгнул на стеллажи, скрываясь из вида в переплетении профилей и полок. Левый до нас так и не дополз, получив короткую очередь в морду. Зато в проеме появлялись новые силуэты.
Выстрелов Бамоса в грохоте нашей собственной пальбы мы не слышали, но его работа была более, чем наглядна — каждый второй лев падал, не успевая пересечь линию света.
— Я пустой, — крикнул Мирный, — Перезаряжаюсь, прикройте.
Амазонки — наш последний, хотя стояли к выходу первыми, круг обороны, сместились, чтобы прикрыть пулеметчика. На ходу сбили двух, прорвавшихся львов, и встали перед Мирным.
— Замок открой! — я крикнул Мирному, сам быстро сменил магазины и продолжил уже в рацию, — Вадик, забирай нас! Стену сможешь сломать?
— На феферной фтороне попробую, фдите!
— Бздим, еще как бздим, родненький, — хохотнул Мирный, а потом матюкнулся на замок, который судя по скрипу никак не хотел открываться.
— Не фмефно. Ефе гофти идут, теперь уф точно бфдите.
Началась какая-то игра в кошки-мышки, и я до конца не понимал, кто есть кто. Львиная стая не заканчивалась. Завалишь одного, отвернешься к другому и отбросишь, а на месте первого уже новый.
