— Но я же должна выполнять обязанности твоей жены по договору?
— Боишься потерять жалование? — позволяет усмехнуться себе Багратов. — Брось, твоё жалование сохранится. Как босс, я разрешаю прогулять тебе однажды. Не думаю, что после вчерашнего ты будешь в состоянии вытерпеть долгий и нудный вечер.
В груди стремительно холодеет, и паника сковывает меня целиком. Липкий страх погребает под собой. Я цепляюсь за телефон пальцами изо всех сил и молю, чтобы мой голос не дрожал:"
"— После вчерашнего? Что было вчера? Я сказала что-то лишнее?
Багратов не спешит отвечать, а я успеваю провалиться сквозь землю от стыда за эту жалкую минуту, что он молчит.
— Ты жутко молчаливая, когда выпьешь, — спустя неисчислимо большое количество секунд отвечает Багратов. — Тебе лучше остаться дома.
— Я хорошо себя чувствую. К тому же в твоём летнем домике ужасно скучно и нечем себя занять.
— И чем же ты привыкла себя занимать, Соломонова Эрика?
В голосе Багратова слышится скрытая издёвка с иронией. Я хватаю воздух ртом, понимая, что ему ничего не стоит подловить меня и загнать в угол. К тому же я совсем не уверена, что вчера не сболтнула лишнего про Никольского. Это было бы очень-очень плохо…
Та история осталась в прошлом. Мне бы не поверил никто, даже самые близкие люди — родители. Потому что они были очень дружны с Никольским и лебезили перед ним. Я попыталась намекнуть, но родители как всегда, были заняты собой и лишь пожурили меня, что я должна радоваться вниманию такого замечательного, видного и талантливого мужчины, как Никольский. Так что попытки добиться справедливости были пресечены на корню. Прогоняю мрачные мысли, пытаясь сосредоточиться на том, что есть сейчас.
— Так тебе нужна жена в качестве сопровождения, Багратов? Или не нужна? — немного резко спрашиваю я.
— Нужна. Я пришлю к тебе необходимых людей.
По всей видимости, он собирается прощаться, а я напоследок задаю ему ещё один вопрос:
— Я постоянно буду жить за городом?
— Тебя это волнует?
В его голосе вспыхивают искры неподдельного интереса. Он удивлён, что я задаю подобные вопросы. Наверняка в его глазах у меня амплуа затюканный серой мыши, не имеющей собственного мнения. Не знаю почему, но рядом с ним у меня начинают расправляться крылья. Его пренебрежение и ироничная усмешка заставляют меня желать доказать, что Багратов ошибается насчёт меня. Я могу быть сильной.
— Да, меня это волнует. Или ты вечно будешь держать меня в заточении?
Он испускает тяжёлый вздох, выпуская сожаление пополам с накопившимся напряжением:
— Нет, Эрика. Это временно. Сейчас не очень спокойная обстановка. Недоброжелатели ищут способ подобраться к тебе.
Глава 15
Слова Багратова пугают меня до дрожи и вновь возвращают меня на исходную точку наших отношений.
