Как только станет известно, что наш вид идеально подходит эленмарцам, а у женщин Земли появится возможность получить в вечное личное пользование идеальный ушастый экземпляр, представляешь, что тут начнется?
— Что? — дар речи мне практически отказал, получалось задавать лишь короткие вопросы.
— Любая ситуация — это всегда палка о двух концах. Как свободные эленмарцы станут преследовать землянок в надежде на лучшую долю, так и наоборот — паломничество землянок начнется и в Академию и на Эленмар. Фрахтовка звездных лайнеров и других летающих консервных банок, способных доставить дамочек с серьезными намерениями на личное счастье и просто секс-туристок к объектам их вожделения. Верник, очнись. Для землянок нет преград на пути к мечте. А если подобные препятствия и возникают, то они просто сносятся, рушатся, сметаются одним махом!
— И что ты предлагаешь?
— Идти и брать свое счастье самой, раз пять или больше, пока его не взял кто-то другой. Слышишь, Алька! И лучше будет, если к началу женской миграции с Земли у тебя будет много-много нитей, связывающих вас с мужем — общих и очень личных. Ты поняла меня? — ну не подруга, а просто семейный психолог.
— Поняла я, поняла."
"— А раз поняла, то на вот — примерь. На Земле еще в подарок купила, да все удобного случая подарить тебе не было. Не для Истархова же это одевать, в самом деле… — и Хунька вручила мне симпатичную коробочку с логотипом известного на Земле бренда нижнего белья.
Ух, ты! Это был царский подарок. Я себе такое с курсантской стипендии точно позволить не могла. Дрожащими пальчиками раскрыла упаковку и в горле сразу как-то пересохло.
— Ты хочешь, чтобы я это надела? — прохрипела я, разглядывая кружевное безобразие, состоящее из одних полосочек и сеточек.
— Да, Верник. Я хочу, чтобы ты это надела и показалась в этом Элвэ. А если и тогда у него возникнут дела важнее, чем собственная жена, то он идиот и тебя не достоин. Считай это лакмусовой бумажкой ваших отношений!
— Хунька! — выдохнула я, — ты такая дура, но я тебя люблю!
— Про дуру я где-то уже слышала, причем, совсем недавно, — задумчиво изрекла подруга, — дежавю. Стоит задуматься. Так значит, спальня на сегодня в полном моем распоряжении?
— Да.
— И ты не ворвешься внезапно среди ночи?
— Нет.
— Вот и славненько. — Она мне подмигнула и скрылась, оставив одну рассматривать кружевное безобразие. Вот только хватит ли у меня смелости его надеть. Хотя, если оно лакмусовая бумажка… Эксперименты я люблю, потому что тогда вся робость и неуверенность отходят на задний план и не мешают жить.
Глава 20.
