Легар сообщал о смерти таштора, о том, что Навир Тавилас констатировал естественную смерть, причиной коей явилась сердечная недостаточность, причем уверял, что обратись умерший за необходимой медицинской помощью, вполне мог бы жить дальше. Проблема была лишь в том, что представители Темного Круга могли не поверить заключению докторов Коалиции и сорвать мирные переговоры, тем более задача, ради которой они затевались, реализовалась сегодня ночью. Копию артефакта подменили почти точно такой же копией артефакта, и сделал это слуга Высокого лорда. Но зачем-то Кебрим ведь привез мать Алейны. Мотивы этого поступка мужчины в маске были мне не понятны. Либо он что-то замыслил, либо где-то на дне души у него имелось что-то человеческое. И он позволил матери увидеть дочь прежде, чем они расстанутся навсегда. В любом случае, что-то прояснить поможет лишь само свидание Алейны и Морханы и, возможно, оно будет последнее, так как задерживаться Высокому лорду здесь больше и незачем. А значит, нужно обязательно придумать план спасения тети до того, как сестра отправится в переговорную.
Тангир поблагодарил за информацию, заверил деда, что мы все скоро будем и пресек сигнал. За столом воцарилась тишина. Каждый думал о чем-то своем. Хуня маленькими глоточками пила чай и изредка поглядывала на нас с мужем.
— Слушай, — решилась нарушить молчание, — я к Фингорму отношусь очень хорошо, но все же, не говори ему ничего.
— Верник, ты меня сейчас обидеть хотела? — подруга подняла на меня свои желтые и сейчас очень злые глаза, — у тебя получилось. Этот ушастый — Беллим, а значит враг. И то обстоятельство, что он по некоторым очень интересующим меня параметрам не уступает, а иногда и превосходит Феклушу, ничего не меняет. Дружба для меня всегда на первом месте.
— Прости, — поспешила извиниться я, потому что и правда чувствовала себя виноватой. Хунька, она хоть и импульсивная, порой несдержанная и, благодаря тентурийским корням, очень вспыльчивая, но меня никогда не предавала.
— Да ладно, Верник, я же понимаю, что ты не со зла. Волнуешься просто. Раньше у тебя только я была для этих целей, а теперь вон нас сколько, — отмахнулась она, но уже совсем не злобно.
— И что правда превосходит? И язык с несколькими скоростями? — все-таки спросила я. Ну вот кто меня просил? Фархунда откровенно заржала, а Дарин так многозначительно улыбнулся, что щекам тут же стало нестерпимо жарко.
— Ты там спрашивала, что я думаю обо всем этом? Так я тебе вот что скажу — спасать твою тетушку надо. И чем скорее, тем лучше! — перевела разговор в другое русло подруга, и я была ей благодарна за это.
— Это ясно. Вопрос — как? — спросила, с интересом взглянув на Хуню.
