Крамер лежит на животе и прикован по рукам и ногам к нашей кровати."

"– Лис, быстро расстегнула меня. Предупреждаю!

Нет, я конечно, совсем уж ужасные вещи с Давидом совершать не буду, но кое-что попробовать надо. Да дело даже и не в этом. Просто хотя бы пусть полежит и проникнется.

– Лис!!! – рычит муж.

Выхожу из поля зрения Крамера, а возвращаюсь уже с тележкой, наполненной самыми разнообразными игрушками.

– Ну что, Давид Матвеевич, сама выберете, что хотите попробовать, или это сделать мне?

***

Чтобы встретить меня из роддома, даже родители из Китая прилетели. Один из самых счастливых дней в моей жизни.

Давид сияет, держа на руках крошечный смешной комочек, завернутый в пеленки. Цветы, шарики, поздравления, смех, ясное голубое небо над головой.

Мы большой компанией идем к машине, но вдруг останавливаемся, на стоянку заехала еще одна машина, припарковавшись рядом с нашей. Давид внимательно смотрит на эту машину ее дверь открывается, и тут уже напрягаюсь я, поскольку из нее выходит Крамер-старший.

Матвей Савельевич ступает довольно тяжело, опираясь на трость, но гордо и даже немного устрашающе, смотрит строго, но вся строгость его кончается, как только из машины доносится тихий скулеж.

– Да не забыл я тебя.

Крамер старший возвращается к машине и самолично помогает выбраться оттуда маленькому очаровательному щенку немецкой овчарки.

Мужчина опустил непоседливого щенка на дорогу, пристегнул к ошейнику поводок и уже в такой милой компании двинулся к нам.

– Ну, что, мне внучку мою покажут? – ворчливо поинтересовался Матвей Савельевич.

Давид с улыбкой развернул кулек на своих руках так, чтобы новоиспеченному дедушке было видно лицо малышки.

– Красавица, – по итогу обзора неожиданно тепло и с гордостью произнес Крамер-старший."