Смотри, мы уже приехали. Ты как? Сможешь идти?

Логан кивнул. Нащупал ручку и вывалился из машины, не дожидаясь, пока дверь откроют.

— Мне нужно пять минут… — бросил он и пошел вперед, не разбирая дороги. Здесь было еще холоднее, чем в Бостоне. Пар шел изо рта, холод обжигал щеки. Температура упала ниже нуля. Было так рано, что дворник еще не успел сгрести осыпавшиеся за ночь листья, и теперь они, покрытые коркой льда, хрустели под ногами Логана, словно он, наступая, ломал им хребты.

Хрясь-хрясь… По до боли натянутым нервам. Хрясь-хрясь, оставляя ожоги внутри.

Логан обернулся. Студеный ветер ударил в лицо, отрезвляя. Унося с собой страх новой потери. Он не сможет её потерять. А значит, нечего и бояться…

Глава 26

Деньги не делают человека счастливым. Выросший в роскоши, Логан, кажется, впитал эту истину с молоком матери, и всю свою дальнейшую жизнь лишь утверждался в этой странной, казалось бы, мысли. В твоих руках могут быть сосредоточены все сокровища мира, а в сердце — вся боль земли. Он знал, как это… Как никто знал. Единственным преимуществом денег была их занятная особенность открывать двери.

Любые двери, куда и когда тебе не приспичило бы войти.

— Карина Амировна еще спит, постарайтесь ее не потревожить, — заметила по-английски проводившая их до палаты медсестра.

Логан кивнул. Покосился на стоящего за спиной Громова. Он медлил до последнего. Страх открыть дверь был слишком велик. Так странно… Ничего другого он уже не боялся. Только, заглянув ей в глаза — не увидеть в них прежней любви. Вот отчего у него стыла кровь. Вот, что заставляло медлить, переминаясь с ноги на ногу у порога."

"Ну же, парень, давай, соберись! Логан, что есть силы, сжал пальцы на ручке и надавил.

Дверь открылась бесшумно. Мужчина сделал шаг вперед. Остановился и глубоко вдохнул. В противовес всем ожиданиям, в палате пахло апельсинами и чем-то неуловимым пряным. В палате пахло Кори… Логан зажмурился. Сделал шаг… и еще один. Пока в серых предрассветных сумерках не показались очертания ее хрупкого тела. Он подошел вплотную к кровати, осторожно устроился рядом и, лишь глядя на нее спящую, ощутил, как отступает пробравшийся за шиворот холод.

Кори пошевелилась.

Вздохнула тяжело. Нахмурила черные брови, выделяющиеся на бледном лице двумя резкими линиями. Он долго её разглядывал, почему-то не смея коснуться. Да так и уснул, испытывая непонятное в данной ситуации умиротворение.

Проснулся от чьего-то ползающего по коже взгляда.

— Привет…

— Привет. Что ты тут делаешь?

В шоколадных глазах Карины властвовало спокойствие и безмятежность, граничащая с равнодушием.

— Приехал тебя забрать.

Карина отвернулась, пошарила на тумбочке рукой, включая лампу.