Мы смотрели сериал, и он сказал: «Ты никогда не ругаешь меня, не выносишь мне мозг, не заставляешь что‐то делать… Мне кажется, я тебе безразличен».
Было обидно, что мою доброту приняли за безразличие. Но я все опять списала на «этот американский менталитет». Что, по сути, тоже правда.
КАК ЖИТЬ ДАЛЬШЕВеликолепно жить."
"После общения с Американцем я стала ценить простых и понятных русских мужиков, которые уж если ведут себя как‐то криво, то потому что конченые, а не потому что «тут, наверное, тонкости менталитета».
Девочки, очнитесь, сейчас не девяностые годы, где каждая симпатичная пися мечтает выйти за иностранца.
Счастье – это не штамп в паспорте, не красивые семейные фото с отдыха, не наличие детей или заграничные путешествия, счастье – это не крутая работа или огромные суммы денег на вашем счету. Счастье – это ваша счастливая морда. А если ваше лицо выглядит, как подошва слона, значит, все, что вы делаете, не приносит вам никакого удовольствия.
Когда жизнь с моим Американцем сделала из моего лица слоновью подошву – серую и однообразную, я нашла другую жизнь.
#15. Я
В поисках нормального мужчины
Секс, конечно, соль жизни, но одной солью сыт не будешь.
Рената Шуман
Было бы нечестно завершить книгу, не написав главу о себе. Когда я выбирала, какое животное поставить на рисунок в начале этой главы, я запуталась. Если я поставлю пантеру или тигрицу, читатель подумает: «Ничего себе самомнение у этой бабы, неудивительно, что не нашлось ни одного мужика, способного существовать рядом с ее раздутым эго!» Если бы я поставила просто свой портрет, без аналогий с животными, вы бы сказали: «Ну понятно, все мужики козлы и бараны, а ты – человек!» Где твое хваленое чувство сарказма, Краснова, спросили бы вы меня.
В общем, стало очевидным, что нужно придумать себе какой‐то животноводческий образ, но сделать это самостоятельно я не смогла. Это как самому себе клички придумывать. Это неправильно. Клички придумывает окружение, твоя компания, твой школьный класс.
Помню, в нашем классе учился очень крутой парень Илья, который в какой‐то момент решил внедрить в обиход кличку, которую сам же себе и придумал. Он так и сказал в один из дней: «Ребзя, с этих пор называйте меня Рэмбо!» Ребзя недоуменно переглянулись, потому что ничего общего с Рэмбо у Ильи не было. Он не носил кучерявую прическу, как Рэмбо или на худой конец Игорь Корнелюк. Он не зашивал на себе кожу швейной иглой.
