Ее таскали за волосы, швыряли на пол, пинали ногами.
- Убьем твою шлюху при тебе! Кто знает кому она расп***ит что на флешке! Я видел, как Алиса стискивает зубы, пытаясь не издавать звуков, но каждый удар был как удар ножом мне в сердце. Она падала, закрывалась руками, но они били ее ногами по плечам, по животу.
- Хватит, блядь! Хватит! Чего ты хочешь, Шах? В тот момент мне стало ясно, что моя жизнь, жизнь, которую я знал, окончена. Все. По прежнему никогда не будет!
- Чего я хочу? Ооо, ты начал задавать правильные вопросы, Маратик!"
"Шах, с издевкой сверкая глазами, приблизился ко мне, усмехаясь своими искусственными неестественно белыми зубами. Когда-то ему выбили все…но он выжил. Живучая падла…Я дам сдачи. Позже. Дам обязательно. Пока что ты ведешь, мразь!
- Работать будешь моим мальчиком на побегушках. Я сказал – ты сделал. Бои вести будешь как я скажу. Скажу прогнуться – прогнешься, понял? Ты теперь моя кукла, Маратик! Моя потаскушка!
Я молчал, глотая его плевки, глотая все что он говорил. Ерепениться сейчас ни к чему. Не тогда, когда я вишу под потолком в одних штанах с отбитыми почками и сломанными ребрами, а девчонка распластана на полу и хер его знает, что они с ней сделают.
- Согласен, Марат?
Кивнул, слизывая кровь с губы. Перед тем как он спросил его пес ударил меня кулаком в челюсть.
- Как ты предлагаешь закрыть рот этой шлюхе, Марат? Вдруг она решит проболтаться?
- Не проболтается!
- Ну однажды ж уже подставила тебя! Давай выпустим ей кишки!
- Нет! Не трогай ее! Я с трудом переваривал его слова, голова болела от ударов, но я их держал. Надо держать. Как говорил мой наставник все рано или поздно кончается, надо уметь ждать и терпеть.
- Нравится тебе сучка, да? Красивая? Может ее при тебе по кругу пустить? М?
Он кивнул своим, и они схватили Алису, прижали к полу, задирая на ней одежду, раздирая платье, выкручивая ей руки.
- Не надо, Шах…не трогай!
- Чего это? Ты кто такой мне приказывать! Одной ногой в могиле! А-ну подержите ее, братья. Хочу опробовать сладость самого Маратика.
Ублюдки перевернули Алису на живот она кричала, плакала. Я кусал губы, щеки, дергался на веревках. Шах подошел сзади, задрал платье девушки, шлепнул ее по ягодице, рванул трусики, расстегнул ширинку. Я зажмурился, услыхав ее крик и похотливый стон Шаха. Твою ж маааааать! Бляяядь! Сука! Мразина! Урою! Я тебя на куски порву! И слышать его дыхание и ее крики, и вой, ее плач. Потом всхлипывания, то, как она затихла. Ржание шакалов Шаха. Его хриплый стон удовольствия…..
Я заорал так громко, что у меня заложило уши. А они все заржали.
- Вкусная девочка. Скажи спасибо, что только я…а не все мои братья. Ну что, Маратик, жить хочешь?
Поднял на него опухшие красные глаза, которые буквально выжигало, и я не знал почему их так печет.
