Все это подавалось очень утонченно и изысканно, словно я была важной гостьей, которой нужно угодить: на фарфором блюдце с золотой каемкой, иногда в виде фондю.

Сначала мне это показалось подозрительным. Я чувствовала себя подопытным кроликом – Кай медленно начинает что-то менять в моей жизни и с наслаждением наблюдает за реакцией субъекта. Был ли в этом смысл? Определенно, нет.

– Ты проживешь так всю жизнь, очевидно. Не знаю, радоваться мне или плакать, – я сказала это самой себе. Разговор с собой вслух стал для меня обычным делом – если бы я молчала все две недели, я бы деградировала окончательно. А тут я могла и петь, и читать стихи – в общем хоть что-нибудь, чтобы ускорить ход времени. – Этот отморозок не заходил. И вряд ли зайдет, ведь он понял, что ты вряд ли дашь то, что ему нужно. Даже больной маньяк потерял ко мне всякий интерес и желание, и теперь просто держит меня взаперти. Прекрасно, Лейла. Твои мечты сбылись – ты живешь, как миллионерша, да только радости это не приносит.

Поосторожнее со своими желаниями. Им свойственно сбываться. Все оттенки этой фразы я уже испытала на себе.

Было и то, что действительно насторожило меня – книги, что принес мне Джозеф. Это были старые эротические романы. В основном исторические. Теперь мой день немного изменился, и кроме царапания окна и физической тренировки, которую я разработала для себя на полу, в мое расписание входило поглощение этих самых «бульварных» романов.

– «Я хочу тебя, Изабель.» – нежно прошептал Рональд, затаив дыхание у порозовевшего и распустившегося цветка ее плоти. Сжав ее аппетитные бедра в ладонях, он с нетерпением провел кончиком языка меж ягодиц и ловко проник им в ее истекающее желанием лоно. Девушка отреагировала на его ласку мгновенно – ее бедра дернулись, и прежде скромная Изабель начала бессовестно крутить задницей, напрашиваясь на жадные поцелуи своего искусителя. Он посасывал ее нежно, но быстро, и постоянно наращивал темп, не забывая помогать себе пальцами.»

Я со злостью закрыла очередной роман и съела еще несколько ягод. Когда я потянулась в вазочку за ними снова, она уже опустела. Я съедала столько ягод, сколько не ела их никогда в жизни."

"Эти романы бы раздражали меня, и я никогда бы в жизни по своей воле не стала читать ничего подобного! НО! Делать было нечего, поэтому я пачками пожирала их, уже окончательно запутавшись сколько раз очередной богатый герцог изменил своей жене с шлюхой, которая ему не ровня, и в их примирениях…

Перед месячными моя грудь увеличилась, и я чувствовала, что во мне просыпаются какие-то странные чувства, которые в обычной жизни подавлялись мною на раз-два.