– Что, черт возьми, случилось? Как ты вляпалась в такую ситуацию?

Но она была не в настроении отвечать.

– Работала.

– Я же перевел тебя на документы.

Трейси сделала на него шаг.

– Отойдите с дороги, капитан. Мне еще подозреваемого зарегистрировать нужно.

– Ничего еще не кончено, – сказал Ноласко.

Они стояли нос к носу, глаза в глаза.

– Ошибаетесь, – сказала она. – Вот теперь кончено. Помните, вы спросили у меня, как, по-моему, все это закончится? Не слишком хорошо для вас, капитан.

– У меня были надежные улики.

– Скажите это жене Дэвида Бэнкстона и его дочери. – Она открыла пассажирскую дверцу машины и хотела уже сесть, как вдруг заметила среди полицейских Криса Вуда. Тот еле заметно ей кивнул. Она ответила ему тем же и скользнула в машину. С заднего сиденья тут же раздался голос Набиля Котара:

– Эй, детектив?

– Да, Набиль.

– Я тут придумал первую строчку для моей книги. Хотите послушать?

– Конечно, Набиль.

– «У Ковбоя было время убить». Как вам кажется?

«Уже нет, – подумала Кроссуайт. – Слава богу, уже нет». А вслух ответила:

– Думаю, что у тебя еще будет время над ней поработать.

Глава 62

Новость о поимке Набиля Котара, убийцы по кличке Ковбой, много дней подряд не сходила с первых полос газет, но Трейси этих статей не читала и телерепортажей не смотрела. Как и с историей в Седар Гроув, ей было достаточно того, что пришлось это пережить. Не хватало еще читать об этом.

К тому же Дэн держал ее в курсе всего, что о ней писали и говорили, пересказывая главное. Репортеры обсасывали историю со всех сторон. Они писали о Бет Стинсон и расследовании, которое привело к осуждению невиновного Уэйна Герхардта; подробно описали, как Уэйна Герхардта снова привели в зал суда округа Кинг, где судья объявил его свободным человеком; писали даже о впопыхах выписанном ордере на обыск в доме Дэвида Бэнкстона."

"Трейси было до того любопытно разобраться в мотивах Дэвида Бэнкстона, что она пригласила Аманду Сантос на ланч, чтобы как следует обо всем поговорить, а заодно извиниться перед психологиней. Ведь она сначала не верила, что та сможет им хоть чем-то помочь, а потом выяснилось, что созданный Сантос психологический портрет Ковбоя соответствовал действительности настолько, как будто она рисовала его прямо с натуры.

Они встретились в центре, в захудалом тайском ресторанчике, где Кроссуайт часто бывала с Кинсом – на Коламбия-стрит, сразу под виадуком. Даже неброско одетая – в джинсах и кожаной куртке – Сантос приковывала к себе взгляды. Потягивая зеленый чай из крошечной фарфоровой чашечки, она развивала свою теорию о Бэнкстоне.

– Навязчивые поклонники любят становиться частью интересов тех, кого они преследуют. Вот только они не всегда знают, как это правильно сделать.