На одном сидели два мужика в рабочих комбинезонах и что-то горячо обсуждали, раскатав чертежи по низкому столику. Еще накурено было так, что хоть топор вешай, я чуть не закашлялся. В большой пепельнице скопилась огромная гора окурков, которые тоже воняли на всю «приемную». Могли бы и вынести, не развалились бы.
«Кабинет» был прост до предела: два школьных стола буквой «Т», такие же диваны и простенькие вертящиеся стулья с сиденьями из серой дерюжки. В углу столик с чайником. Вместо телефона — простая туристическая рация в заряднике. Но обжились, видно.
— А вон, садитесь, — сказал Дмитрий, широким жестом указав на стулья. — Сейчас чайку принесут, а под чай и поговорим. Нахабинские, говорите?
— Он из Нахабина, — указал я на глазевшего по сторонам Игоря. — А я изо Ржева приехал. Мы вам вроде как конкуренты. Или партнеры — это уже как побеседуем. По мне — так лучше партнеры.
— Ага, вот как, — чуть склонив голову набок, всмотрелся в меня внимательно Дмитрий. — А по… гм… происхождению вы, конкуренты, из каких будете?
— Не понял? — переспросил я.
— Ну вот из военных, или там из бандитов, или из кого другого? — спросил он как-то вкрадчиво.
— Странный вопрос, — хмыкнул я. — Из населения ржевского анклава. Там, собственно говоря, жизнь как жизнь. То есть разные люди живут, кроме бандитов разве что.
— А что с бандитами?
— А не живут они там что-то — не живется им, — ответил я, глянув ему в глаза за бликующими толстыми стеклами очков. — Скорым судом изводят начисто.
— А, ну да, хорошо, — кивнул он удовлетворенно.
Разговор как-то перескочил на обычный треп, Дмитрий старательно избегал дела. Вскоре вошла женщина, одетая в джинсы и грубый свитер, с чайником и какой-то корзинкой в руке. Выставила на стол все, в корзинке оказалась горка печенья. Пока она доставала кружки из тумбочки, я пригляделся. Крепкая, сильная, коренастая, но совсем не толстая, при этом с добродушным щекастым лицом и короткой, почти мужской стрижкой. Разлив чай, она уселась за стол рядом с Дмитрием.
— Так вы все же с заказом али с предложением будете? — спросил бородач.
— Да я и не знаю, — развел я руками. — Думал, что за разговором все и вырисуется. Давно вы здесь?
— Не очень, месяца полтора, — ответил он. — До того на Минском сидели, в Рабочем поселке, да там сразу несколько банд завелось, сплошь с Кавказа. В общем, не дали жизни, пришлось переселяться.
— А здесь с этим как? — уточнил я.
Он махнул рукой как-то неопределенно, затем сказал, тоже не слишком уверенно:
— Да терпимо вроде.
— «Терпимо вроде» — это как? — уточнил я. — Бьют не больно, грабят не догола или просто их нет? Как-нибудь детализировать нельзя?
— Да непонятно пока все, — вновь отмахнулся он. — Проявлялись тут какие-то, но ни во что не вылилось — уехали, да и все.
