Понимаешь, вот все вокруг чуть не померли. Человечество сейчас вроде человека, забитого почти насмерть, — еле шевелится, глаз еще под запекшийся кровью разлепить не может. А эти как крысы, понимаешь? Пока чувствуют слабость — кого хочешь разорвут. И сожрут, и больше даже изгадят, чем сожрут. Поэтому и хотелось… вот самому хотелось, понимаешь?
— Да понимаю, — вздохнул он, — только что бы я потом Маше сказал, если бы оно не так пошло?
— Правду бы сказал. Да нормально все, видишь же, как получилось? Просто как подсказал кто, что делай прямо сейчас, не жди ничего, и все будет как надо.
— А так и вышло, шеф, — влез в разговор Санек. — Я и варежку открыть не успел, как эти двое, что во дворе были, копыта разбросали. Где так стрелять научились?
— В Америке, от безделья, — ответил я. — И тебя научу, чтобы польза была.
— Да я и не против как бы.
— Ага, побыл бы против, — хмыкнул я. — Ладно, веди, не отвлекайся.
— Кстати, я от твоих гранат чуть в штаны не накидал, — вновь заговорил Игорь. — Ты что с ними сделал?
— Да ничего особого, — пожал я плечами. — Вэвэ[39] выковырял, теперь только резьбу срывает у запала, как замедлитель догорит.
— А на кой ты так сделал? — не понял он."
"— А для таких вот примерно случаев, когда пугануть хорошо, а по всему бомбами кидаться вроде и неприлично, — объяснил я ему. — В Голландии уже был случай, я так одного урода из укрытия выгнал и потом поймал. Давно меня один летун такому трюку научил, он в Афгане «Каскад» на операции возил, вот они и поделились мудростью.
— А чего, нормально, — кивнул он.
Новообретенный джип был довольно трясучим, но это после уазика беспокоило не сильно. А в остальном даже очень нравилось — и сидишь высоко, и глядишь далеко, грузовик все же, и внутри просторно. Не удержался, высунулся в люк на крыше, с удивлением обнаружил нечто вроде простенького вертлюга, на который при желании можно было бы опереть… ну хоть снайперку. Сектор обстрела ограничен, правда, — сзади багажник и запаска, — но вперед и в стороны стрелять можно вполне. Вообще молодцы Борода со товарищи, дело свое знают туго. Дружить мы теперь точно будем, и это очень хорошо. Не только нам, но и им: ржевский анклав их заказами сможет обеспечить.
Дачки, дачки, пруд, окраина Снегирей — большого поселка, скорее, даже городка. Первые мертвяки вдали. Но не совсем вдали: метров сто с небольшим до них. Активные — дождик сегодня, оживились, как обычно.
Остановились, обе машины в шеренгу. Омоновцы быстро свалили труп на дорогу, затем вытащили пленного, сноровисто прицепили его скованными за спиной руками к телу бывшего старшего, вплотную. Вот так, соберешься идти — придется дохлое тело Сухого не волочь, а поднимать. Делать это сзади очень проблематично, даже ног вязать не надо.
