Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

Пока нет оценок
Новая книга известного российского журналиста и правозащитника Евы Меркачёвой посвящена серийным убийствам. Она – о российских маньяках. Исторический и архивный материал, уникальные иллюстрации, описание уголовных дел, действий маньяков и следствия, комментарии экспертов. Рассказывая максимально подробно страшные реальные истории, происходившие зачастую незаметно для большинства в нашей обыденной действительности, автор обстоятельно разбирается в том, откуда берутся маньяки, как их распознать, как предотвратить превращение человека в маньяка и как самому не стать жертвой злодеяния.Название книги «Я иду искать» – это не отсылка к тому, что маньяки выходят на охоту (а они действительно воспринимают себя охотниками). Это мой призыв к каждому искать в себе свет, который помог бы рассеять тьму внутри и вокруг.Для когоДля тех, кто не хочет стать жертвой маньяка, для психологов, криминалистов, специалистов, занимающихся правоохранительной деятельностью, для читателей, интересующихся природой психических отклонений, для любителей жанра тру-крайм.В качестве примера приведу несколько фамилий маньяков и то, что ими руководило (выводы, к которым я пришла в результате расследования):Петров-Комаров – жадность;Пичушкин – гордыня;Драганер – злоба;Комин – жажда власти;Шипилов – поиск острых ощущений;Миргород – скука, отсутствие смысла жизни;Бычков – ревность;Васильев – обида;Петрова – месть.Каждый раз, когда одно из этих чувств вдруг начнет душить вас изнутри, возьмите книгу и прочитайте, во что можете превратиться, если станете кормить этого «волка». Пусть истории о реальных маньяках отрезвят вас.
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

«Клиенты» в Сычёвке самые тяжелые. Врачи говорят, что процент серийных убийц с каждым годом растет. И если раньше в больницу попадали за преступления против собственности (клептоманы, пироманы и т. д.), то сейчас – исключительно против личности. Шизофреников среди них становится меньше, а вот больных с органическими расстройствами (их диагностировать сложнее, протекают часто без бреда) все больше. Средний возраст – 31–40 лет.

Пациенты Сычёвской психиатрической лечебницы

Никто лучше не опишет и свое преступление и свое наказание, чем сами пациенты-заключенные.

У Игоря Ч.

на счету семь жертв, в том числе женщины. Все убийства однотипные, совершенные за короткий срок – меньше чем за полгода. Задушил, расчленил, тела сжигал прямо у себя дома, в печке. Из черепов делал сувениры, сердце жарил и ел. Светила российской психиатрии не могли ему поставить диагноз несколько лет! Он ведь никогда на учете не стоял, генетика хорошая, здоровье отменное, семья благополучная, работа интересная… Трудился, кстати, в цирке. Был ассистентом, униформистом, бутафором, служащим по уходу за животными.

– Я животных просто обожаю, – рассказывает он мне, улыбаясь.

Доброе простое лицо, только глаза такие черные и взгляд словно какой-то зеркальный, аж жуть берет. Речь немного заторможенная. Наверное, от лекарств."

"– Вот каждые полгода комиссия спрашивает, не мучил ли я в детстве животных. Никогда. У меня дома много разных было, даже кобра. Змей очень люблю. Они красивые, медлительные. Один раз щитомордник меня укусил, но брат отвез в госпиталь, успели вовремя.

– Как вы себя чувствуете – выздоровели?

– А я и раньше не чувствовал себя больным.

– То есть можете выйти на свободу с полной уверенностью, что никому вреда не причините?

– Только под контролем психиатра.

Чтоб он за меня отвечал, чтоб периодически консультировал. Хочется уже выйти, конечно. У меня там брат, мать. Письма пишут, приезжают. Мне 47 лет, но я бы еще семью завел. Работал бы опять в цирке.

– Но если вы и раньше чувствовали себя здоровым, то почему здесь, а не в тюрьме?

– Врачи так решили, не я сам. Мотива в убийствах не нашли.

– А он был? Ваши жертвы в чем-то перед вами провинились?

– Провинились? Не-е-ет. Они все были малознакомые мне люди.

Я их приглашал в гости. Они приходили. Я общительный ведь очень. Мы сидели, разговаривали, выпивали. А потом провал в памяти. И я не помню самого момента, когда убивал. Очнусь – лежит мертвый человек. Надо куда-то прятать. Вот я кости сжигал в печке (дом у меня барачного типа), а мясо отделял и выбрасывал в речку. Оно плохо горит, да и запах соседей привлечет.

– А зачем черепа коллекционировали?

– Да у меня один череп был. А почему в уголовном деле появилось много, я сам не знаю.

Поделитесь впечатлением о книге

Понравилась история или, наоборот, не зашла? Напишите пару слов — ваш отзыв поможет другим читателям решить, стоит ли открывать эту книгу.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив